Этимъ я и закончу изложеніе различныхъ системъ предупредительно- исправительнаго воспитанія заброшенныхъ и преступныхъ дѣтей. Значительно разросшіеся размѣры настоящей статьи заставляютъ меня отказаться отъ изложенія тѣхъ же системъ въ другихъ государствахъ Европы и Америки. Впрочемъ, я избралъ наиболѣе типичныя страны.
Я очертилъ исторически ходъ развитія вопроса, чтобы нагляднѣе показать, какъ подъ непосредственнымъ давленіемъ явленій дѣйствительности, нарощавшихъ число такъ называемыхъ опасныхъ классовъ, въ сознаніи обществъ передовыхъ государствъ Европы постепенно развивалось и крѣпло убѣжденіе, что вопросъ о заброшенныхъ дѣтяхъ не есть вопросъ только частной благотворительности, а, напротивъ, важный общественный вопросъ, и что во всѣхъ случаяхъ, когда родители съ умственно-нравственной стороны оказываются ниже возлагаемыхъ на нихъ обязанностей, государство и общество не могутъ уклоняться отъ вмѣшательства, а, напротивъ, должны брать воспитаніе дѣтей въ свои руки. Однимъ изъ наиболѣе полныхъ выраженій этого убѣжденія является недавно вотированный французскимъ сенатомъ законъ о покровительствѣ дѣтямъ, который, если только его практическое примѣненіе будетъ вполнѣ соотвѣтствовать положенной въ него мысли законодателя, даетъ въ руки общественной власти и частныхъ лицъ вполнѣ достаточныя средства, чтобы противудѣйствовать порчѣ и развращенію дѣтей ихъ порочными родителями. Читая текстъ французскаго закона и припоминая нашу русскую дѣйствительность, нельзя не пожелать, чтобы и русское законодательство вступило на тотъ же путь покровительства заброшеннымъ и загнаннымъ дѣтямъ. Конечно, меньшее развитіе обширныхъ городскихъ поселеній и фабричной промышленности, иное отношеніе народонаселенія къ пространству пока еще лишаютъ этотъ вопросъ у насъ той особой жгучести, какою онъ отличается во многихъ государствахъ Запада. Но и у насъ, вслѣдствіе широкаго развитія пьянства, начавшагося усиленнаго развитія крупной фабричной промышленности и численнаго возрастанія безземельнаго мѣщанства, вопросъ этотъ съ каждымъ днемъ получаетъ все большее и большее значеніе. Едва ли будетъ основательно бездѣятельно ожидать, чтобы онъ получилъ и ту же обостренность, какъ на Западѣ. Лучше пойти на встрѣчу возрастающему злу и во время задержать его дальнѣйшее развитіе.
Постоянно возрастающая скученность населенія и постоянно увеличивающіяся для многихъ затрудненія въ пріобрѣтеніи средствъ существованія повсемѣстно, а въ томъ числѣ и у насъ, выдвигаютъ на первый планъ вопросъ о серьезномъ всеобщемъ народномъ образованіи и воспитаніи и о возможномъ сокращеніи числа общественно-убогихъ личностей. Къ невыгодѣ измѣняющееся отношеніе народонаселенія къ пространству, слѣдствія котораго въ большей или меньшей степени уже ощущаются повсюду въ Европѣ, все болѣе и болѣе дѣлаетъ невозможнымъ, безъ крайней опасности для общественнаго благосостоянія и спокойствія, предоставленіе всего дѣйствію "гармоніи интересовъ", устанавливаемой частной иниціативой, подъ вліяніемъ борьбы за возможно лучшее личное существованіе. Напротивъ, оно требуетъ строгаго порядка, сознательнаго и осмотрительнаго отношенія и направляющей и регулирующей мысли въ явленіяхъ общественной жизни и въ распредѣленіи общественныхъ силъ. Все это, понятно, не можетъ быть достигнуто усиліями одной общественной власти. Какъ бы послѣдняя ни была совершенна и какъ бы она пи была проникнута стремленіемъ къ общему благу, она, все-таки, окажется безсильна, если будутъ существовать во множествѣ узко - себялюбивыя и отупѣлыя массы, не обладающія чувствомъ долга, сознаніемъ солидарности общественныхъ интересовъ и пониманіемъ значенія общественныхъ явленій. При столкновеніи съ такими массами самыя лучшія начинанія исказятся и принесутъ дурной плодъ. Только достаточно сознательное отношеніе исполнителей,-- а такими является все общество, всѣ его члены,-- можетъ обезпечить дѣйствительное существованіе плодотворной мысли. Съ какимъ бы сочувствіемъ мы ни относились къ формамъ прошлаго и настоящаго, мы не можемъ не видѣть, что подъ вліяніемъ неустранимыхъ и находящихся внѣ воли человѣка факторовъ, онѣ постепенно клонятся къ упадку и смѣняются новыми, соотвѣтствующими новымъ условіямъ. Невольно преклоняясь предъ могуществомъ этихъ факторовъ, мы можемъ только заботиться о правильномъ ходѣ неизбѣжнаго развитія, стремленіе предотвратить которое было бы не только безполезно, но и пагубно, какъ проявленіе нашей неспособности къ необходимому приспособленію.
Съ этой точки зрѣнія разумная культура и воспитаніе тѣхъ классовъ общества, которые преимущественно поставляютъ намъ заброшенныхъ и преступныхъ дѣтей, получаютъ особый смыслъ и значеніе. Но, ставя вопросъ о широкомъ развитіи ихъ воспитанія у насъ въ Россіи, мы тѣмъ самымъ, понятно, ставимъ вопросъ и о матеріальныхъ средствахъ дли этого. Изъ какого же источника взять эти послѣднія? Едва ли будетъ основательно надѣяться на одну только общественную дѣятельность и частный починъ. Если въ такой странѣ, какъ Англія, гдѣ общественная самодѣятельность значительно развита, государство считаетъ необходимымъ въ широкой мѣрѣ приходить на помощь дѣлу воспитанія заброшенныхъ и преступныхъ дѣтей, то намъ было, бы слишкомъ неосновательно расчитывать обойтись безъ этой послѣдней. У насъ болѣе, нежели гдѣ-либо, необходима правительственная иниціатива и широкая правительственная помощь въ этомъ дѣлѣ. Наши исправительные пріюты -- лучшее доказательство этого.
Было бы весьма желательно также, чтобы къ обязательному участію въ столь важномъ и неотложномъ дѣлѣ были призваны и наши самоуправляющіяся единицы -- города и земства, а въ ближайшемъ будущемъ и непосредственно волости или приходы. На ряду съ этимъ, подъ бдительнымъ контролемъ правительственныхъ инспекторовъ, мѣстныхъ земствъ и городскихъ управленій, конечно, долженъ быть предоставленъ широкій просторъ и дѣятельности частныхъ лицъ, особенно обществъ.
Ставя такимъ образомъ вопросъ, не слѣдуетъ, однако, упускать изъ вида, что нашъ теперешній государственный и земскій бюджеты слишкомъ обременены, чтобы удѣлить для этого достаточныя средства. Но останавливаться передъ затрудненіями въ такомъ важномъ дѣлѣ едва ли возможно. Поэтому лучшимъ средствомъ было бы установленіе, по примѣру Англіи, спеціальнаго налога въ пользу бѣдныхъ, который далъ бы возможность, не отягащая обыкновеннаго государственнаго и земскаго бюджетовъ, развить полную систему предупредительно-неправильнаго воспитанія.
Мнѣ возразятъ па это, что такой налогъ былъ бы весьма отяготителенъ. Можетъ быть. Но не будемъ забывать той простой истины, что нищета и одичаніе, прогнанныя въ двери, неизбѣжно приходятъ въ окно. Кто, въ самомъ дѣлѣ, опредѣлитъ размѣръ крайне тяжелаго налога, неизбѣжно взимаемаго преступленіемъ съ общества какъ кровью, такъ и имуществомъ, или непосредственно поглощаемымъ, или затрачиваемымъ на сыскъ, на судъ и наказаніе? Кто опредѣлитъ далѣе размѣръ всѣхъ потерь въ производительномъ трудѣ, неразрывно связанныхъ съ преступленіемъ, нищенствомъ и бродяжествомъ? Впрочемъ, всего не перечтешь. Поэтому, прежде нежели говорить о тяжести налога для бѣдныхъ, слѣдовало бы хорошенько взвѣситъ всю дѣйствительно подавляющую тяжесть налога преступленія, нищенства и бродяжества. Мнѣ, по крайней мѣрѣ, кажется несомнѣннымъ, что все затраченное на разумно организованное призрѣніе и воспитаніе (а не только образованіе) съ избыткомъ возвратится обществу не только въ нравственномъ подъемѣ, но и въ подъемѣ его матеріальнаго благосостоянія, въ увеличеніи производительности труда страны и въ сокращеніи расходовъ на охраненіе, на судъ и тюрьмы.
Что касается системы исправительнаго воспитанія, то мы уже видѣли, что опытъ государствъ Европы выработалъ ихъ нѣсколько типовъ. 1) Размѣщеніе въ частныя семьи; эта система особенно распространена въ Германіи и Америкѣ; въ послѣдней она практикуется Къ формѣ выселенія дѣтей въ западные штаты и размѣщенія въ семьи фермеровъ; 2) небольшія воспитательныя заведенія_по семейной системѣ Песталоцци или Верли; 3) нѣмецкіе Rettungsanetalt'ы, въ которыхъ первую стадію составляетъ воспитаніе въ заведеніяхъ, устроенныхъ! по системѣ Песталоцци, а вторую -- помѣщеніе для обученія въ частныя мастерскія; 4) система совмѣстнаго воспитанія или казарменная система; 5) система сложной семьи, представляющая также двѣ модификаціи: а) большія школы съ большими семьями (vетрэйская колонія) и в) небольшія школы съ небольшими семьями.
Первая система, по моему мнѣнію, у насъ рѣшительно непримѣнима. По отношенію къ ней слышится много справедливыхъ и основательныхъ упрековъ даже на Западѣ, гдѣ средній уровень общаго образованія, а, главное, культуры значительно выше. Всякій, вѣроятно, слыхалъ о воспитаніи въ деревняхъ питомцевъ нашего Воспитательнаго Дома, гдѣ ихъ пріемъ стадъ промысломъ, ведущимся на коммерческомъ началѣ. То же въ значительной мѣрѣ нужно сказать и о сложной системѣ нѣмецкихъ Rettuugsanstalt'oBV Дурное состояніе нашихъ ремесленныхъ мастерскихъ дѣлаетъ эту систему у насъ, по меньшей мѣрѣ, пока нежелательной. На это мнѣ, конечно, замѣтятъ, что не заброшенныя и не преступныя дѣти проходятъ же черезъ ремесленныя мастерскія. Но не будемъ забывать, что первыя въ значительномъ числѣ случаевъ, какъ увидимъ далѣе, натуры недостаточныя, склонныя къ паденію, а потому требующія болѣе тщательнаго ухода, безъ котораго они легко попадаютъ на путь порока и преступленія. О нѣкоторыхъ неудобствахъ системы маленькихъ школъ по системѣ Песталлоци я уже говорилъ какъ въ первой, такъ я въ этой статьѣ, а потому я не стану возвращаться къ нимъ болѣе. Система совмѣстнаго казарменнаго воспитанія также мало удобна для заброшенныхъ и преступныхъ дѣтей. При ней невозможенъ тщательный надзоръ и индивидуализація воспитанія, необходимыя для недостаточныхъ натуръ, съ которыми такъ часто приходится имѣть дѣло въ исправительныхъ школахъ.
Наиболѣе удобной, а потому и желательной представляется, по моему мнѣнію, сложно-семейная система швейцарскихъ школъ. При незатѣйливомъ устройствѣ, ихъ постройка и содержаніе, какъ показываетъ примѣръ г. Бонжанъ, обошлись бы не дорого.