— Я говорю: лисицу, а не черта.
— Да где ж она?
— У меня…
— Пустяки!…
— Пари?!
— О чем?
— На бутылку шампанского. А если не дам тебе лисицы, — отвечаю дюжиной.
— Да где ж она, твоя лисица?
— Опять-таки говорю: в кармане.
И снова разговор в том же роде. Долго томил я бедного Луку Лукича, наконец, сжалившись над ним, велел приготовляться, и, подъехав к тому месту, где лежала лисица, хлопнул раз до трех арапником. Видя беду неминучую, Патрикевна, как ни прикидывалась мертвою, однако ж должна была вскочить из-под копыт моей лошади и досталась в жертву Караю.