После этого инструктор выходил из танка, предоставляя экипаж машины самому себе. Водитель отодвигал танк немного назад. Потом давал передний ход. И когда нос машины начинал движение вниз, закрывал подачу газа до наименьшей величины. Всей команде в это мгновение казалось, что машина ныряет в морскую пучину.
Достигнув дна шестиметровой воронки, танк ударялся носом в подъем. Этот момент был рискованный. Люди, не успевшие крепко ухватиться за что-нибудь, летели вниз прямо на водителя и командира. Если водитель был ловок, он своевременно давал мотору полный газ, и тогда танк со страшным ревом выбирался из воронки, а люди катились в хвостовую часть машины.
Хуже получалось, если водитель запаздывал с подачей газа. Тогда мотор останавливался. Его нужно было снова заводить пусковой рукояткой. Делать этот «фокус» на полу, который наклонился к горизонту под углом в сорок пять градусов, было головоломно.
Танкисты шуточно прозвали переход через глубокую воронку «нырянием ласточкой». Это был самый трудный номер танковождения. До тех пор, пока водитель не овладевал этим номером в совершенстве, его не считали настоящим танкистом.
В июле на Эльвиденский танкодром прибыли в разные сроки еще двадцать три «матушки». Эти машины на официальном языке стали называть танками типа «М-I».
Глава четвертая
В ПОИСКАХ ПОБЕДЫ
Июль на Сомме
Июль 1916 года отмечен историей как первый месяц кровавой битвы на Сомме. 24 июля, едва только брызнули первые лучи раннего солнца, три тысячи английских орудий, открыв пальбу, возвестили начало грандиозной боевой операции. Воздух наполнился диким ревом.
На немецкие позиции протяжением по фронту в сорок километров обрушился ливень снарядов, ливень невиданной силы. Снаряды были разных размеров: от малых, величиной с бутылку и весящих два-три килограмма, до очень больших, в рост человека и весом в полтонны.