-- Говорите, продолжайте, а я пока посмотрю картинки. Что вы, Владиславъ?...
-- Слушайте, m-lle Marie, перебилъ молодой человѣкъ, полушутя, полусерьозно, отнимая у дѣвушки модныя картинки, и кидая ихъ на коверъ,-- слушайте, надобно же вамъ произнести наконецъ послѣдній судъ надъ моей юношеской восторженностью.
-- Не надо употреблять такихъ словъ. Въ женскомъ обществѣ порядочные люди не говорятъ учеными выраженіями.
-- Благодарю васъ. Только слушайте. Я молодъ -- моложе васъ, если не годами, такъ по образу жизни, потому что вы уже успѣли порядочно затаскаться на балахъ и посреди шума.
-- Ladislas! закричала Мери, смѣясь и кусая губы, я удивляюсь самой себѣ. Я должна бы васъ выгнать сію минуту, а я не могу даже сердиться. Да развѣ говорятъ такъ съ дѣвицами, со своей невѣстой? Боже мой! что изъ васъ выдетъ!
-- Меня радуетъ, Мери, что вы не сердитесь. По душъ вы добрая и любящая дѣвушка. Вы любите обращать лишнее вниманіе на мелочи, на перчатку, на неловкій поклонъ; но умѣете слушать горькія истины. Свѣтъ васъ не совсѣмъ испортилъ.
-- Слава Богу, что не совсѣмъ. Извольте продолжать, иначе мы не кончимъ до завтра. Да вспомните еще о ложѣ. Если вы опять войдете ко мнѣ въ сюртукѣ, я васъ уничтожу однимъ взглядомъ.
-- Опять ваша манера! я вижу васъ насквозь, миссъ Мери! Вы играете комедію, вы хотите меня дразнить вашей холодностью и спокойствіемъ. Это извѣстная тема романовъ и водевилей. Юный энтузіастъ и противъ него резонеръ... Глупая пылкость и рядомъ съ нею величественное самообладаніе!.. Все это старо, миссъ Мери. Все это я видѣлъ на театръ и читалъ въ книгахъ.
Молодая дѣвица еще разъ закусила губы, но не потеряла хладнокровія. Замѣчаніе жениха сдѣлано было вѣрно и мѣтко. Mepи дѣйствительно принадлежала къ разряду женщинъ, на которыхъ ранній успѣхъ въ свѣтѣ накладываетъ печать ранней насмѣшливости, а что еще хуже, заставляетъ видѣть въ этой насмѣшливости и нераздѣльной съ ней холодности высокій идеалъ, драгоцѣнное орудіе модной женщины. Владиславъ Сергѣичъ Мережинъ (такъ звали жениха), могъ назваться любимой игрушкою своей невѣсты, его горячность и молодость представляли много пищи для ума и самообладанія юной красавицы. Не смотря на давнюю свою привязанность къ Владиславу, Марья Александровна находила какое-то особое, не совсѣмъ доброе наслажденіе въ безпрерывномъ поддразниваніи своего жениха, въ спорахъ съ нимъ, въ безпощадныхъ шуткахъ надъ лучшими сторонами его сердца. Изо всѣхъ деликатныхъ распрь, невѣста выходила побѣдительницей, благодаря своей свѣтской находчивости. Еслибъ ей предложили совершить какое-либо чудо, въ слѣдствіе котораго Владиславъ Сергѣичъ могъ бы мгновенно превратиться въ сухого и систематическаго льва, Мери отклонила бъ такое предложеніе съ ужасомъ. Мало того, что ей были дороги юношескіе порывы Мережина,-- она, въ лучшія свои минуты, умѣла отдавать дань полной справедливости и достоинствамъ молодаго человѣка, и его независимому взгляду на жизнь и на общество. Но кошка не можетъ жить безъ мыши, модная дѣвушка безъ своей утренней забавы. Когда Владиславъ, огорченный какимъ нибудь бальнымъ споромъ, опаздывалъ приходить по утру, Мери начинала тревожиться, упрекать себя; но чуть въ комнату входилъ женихъ, прежняя игра начиналась и прежнія миніатюрныя несогласія шли своимъ чередомъ. Для того, чтобъ поперечить своему избранному, Марья Александровна часто рѣшалась являться рѣшительно въ недостойномъ свѣтѣ. То она упрекала жениха за его чорный галстухъ на вечерѣ, то она потѣшалась надъ фигурами людей, особенно имъ любимыхъ, то она холодно и небрежно принималась говорить обо всемъ, что чтилъ и любилъ Владиславъ Сергѣичъ. Въ минуты подобнаго поддразниванія, для невѣсты нашей все казалось смѣшнымъ и дурнымъ по тону. Въ настоящее утро, предметъ къ спору подало одно неважное обстоятельство, случившееся наканунѣ. Мери съ подругами и нѣсколько молодыхъ щеголей, не зная, что дѣлать послѣ обѣда, нещадно подсмѣивались надъ какимъ-то иностраннымъ музыкантомъ, который, по правдѣ сказать, уже нѣсколько лѣтъ считался за шута въ лучшихъ петербургскихъ гостиныхъ, ни мало не огорчаясь своей ролью. Владиславъ Сергѣичъ, уже нѣсколько часовъ бывшій въ сумрачномъ расположеніи духа, счелъ рыцарскимъ долгомъ заступиться за артиста. Нѣтъ въ обществѣ роли хуже, какъ роль чьего нибудь защитника, особенно если защитникъ молодъ, не обладаетъ высокимъ чиномъ и скоро сердится. Такимъ образомъ вечеръ былъ испорченъ, иныя дамы разсердились, Meри посмотрѣла на жениха прищурившись, окинула его какимъ-то страннымъ взглядомъ отъ волосъ до кончика сапоговъ, а затѣмъ отвернулась и дала себѣ слово разсчитаться съ женихомъ завтра по утру. Обратимся однако къ нашей парѣ.
-- Я васъ слушаю, тихо продолжала Мери, лѣниво откинувъ голову, положивъ ножки на вышитую скамейку и повернувшись въ полоборота на своей кушеткѣ.