Всѣ посредники находились налицо, когда мы съ предводителемъ и Иваномъ Петровичемъ вошли въ залу присутствія: предсѣдательствовалъ покуда статскій совѣтникъ Путиловъ; съ приходомъ настоящаго предсѣдателя онъ уступилъ ему мѣсто, и перетащилъ свой жосткій стулъ подалѣе отъ табачниковъ, къ сторонѣ Андрея Густавовича Бигельмана не употреблявшаго ни трубки, ни сигары. Постороннихъ слушателей въ комнатѣ не имѣлось; до нашего прихода, въ качествѣ обожателей гласности, заходили лишь уѣздный учитель, да престарѣлый жуиръ уѣзднаго города, отставленный отъ службы коммиссаріатскій чиновникъ Краснобаевъ: первый сконфузился своего одиночества и скоро ушелъ, второй сталъ мѣшать засѣданію, и отпускать такіе игривые разсказцы, что ему дали двѣ сигары, нахлобучили фуражку, и предложили удалиться въ какое нибудь мѣсто болѣе веселое. Услыхавъ объ этомъ, мы съ Иваномъ Петровичемъ смирнехонько усѣлись въ уголкѣ, видъ же приняли до того благонравный и благонадежный, что Игнатій Петровичъ ласково намъ улыбнулся, далъ намъ понюхать своего табаку, и шепнулъ, что онъ былъ всегда за гласность дѣлопроизводства, даже въ прежнюю пору пагубнаго застоя.
-- Знаетъ разбойникъ, съ какой стороны подулъ вѣтеръ! сказалъ мнѣ Иванъ Петровичъ, и притаился, потому что какъ нарочно, съ нашимъ приходомъ, пренія съѣзда вступили на путь, обѣщавшій особенное одушевленіе.
Дѣла по текущимъ вопросамъ и жалобамъ были покончены безъ предводителя; просмотръ поданныхъ за мѣсяцъ уставныхъ грамотъ, какъ требующій особенно долгаго засѣданія, отложили до другого дня; лихорадочное состояніе, обуявшее предводителя, Путилова и даже Бигельмана по случаю ожидаемаго посѣтителя, дѣлало ихъ просто неспособными къ работѣ, требующей усидчивости. Когда мы пришли, производитель дѣлъ мирового съѣзда читалъ отзывы и предложенія, полученныя изъ губернскаго по крестьянскимъ дѣламъ присутстія. Я очень мало зналъ наше губернское начальство, но по первой бумагѣ, которую слушали при мнѣ, не рѣшился бы составить о его членахъ очень лестнаго мнѣнія. Въ бумагѣ этой сообщалось, весьма сухо и гладкимъ слогомъ, что мировые посредники нашего уѣзда, не взирая на сообщеніе, сдѣланное имъ отъ такого-то члена и за такимъ-то нумеромъ, не представили, за исключеніемъ одного статскаго совѣтника Путилова, срочныхъ двухъ-недѣльныхъ вѣдомостей о своей дѣятельности, тогда какъ, по мнѣнію присутствія, такія вѣдомости... и прочая, и прочая. Мертвый тонъ сообщенія нѣсколько смягчался обычною фіоритурой, безъ которой не обходятся присутственныя мѣста новаго времени: фіоритура состояла въ томъ, что вѣдомости посредниковъ могутъ служить на пользу разумной гласности, и что, при составленіи ихъ, можно не держаться строгой формальности, такъ какъ даже форма этимъ вѣдомостямъ не дана отъ присутствія, а предоставлена просвѣщенному усмотрѣнію самихъ господъ посредниковъ.
-- Стрикулисты!!! раздался рѣзкій, полуженскій и звонкій голосъ Ивана Николаевича Лѣсникова, когда чтеніе кончилось.
Андрей Густавовичъ Бигельманъ пожалъ плечами, и взглядомъ укора указалъ на любителей гласности, то-есть на меня и на Ивана Петровича.
-- Это пріятели, да къ тому Иванъ Петровичъ уже дремлетъ, сказалъ Матвѣевъ, чтобы замять грозившую распрю.
Но запальчивый юноша не унимался.
-- Не только передъ пріятелями, а передъ цѣлою вселенной скажу, началъ онъ: -- скажу, что приставать къ людямъ съ такимъ вздоромъ способенъ лишь стрикулистъ самый неисправимый! Какія вѣдомости? Для чего вѣдомости? Какой посредникъ, честно дѣлающій свое дѣло, найдетъ возможность и время въ мѣсяцъ два раза наяривать цѣлую тетрадь о томъ, что должно быть извѣстно всякой губернской власти, если только она не заложила своихъ глазъ въ какомъ нибудь водочномъ магазинѣ? Для чего же сидитъ это присутствіе и беретъ жалованье, если оно намѣрено знакомиться съ ходомъ дѣлъ черезъ наши срочныя вѣдомости если оно не знаетъ этого хода по всей подробности, своимъ глазомъ, своимъ опытомъ?..
-- Я не знаю, перебилъ Андрей Густавовичъ Бигельманъ, сжавши губы такъ что изъ нихъ образовалось нѣчто похожее на устье пузыря съ финиками,-- я не знаю до какой степени, на мировомъ съѣздѣ, въ присутствіи постороннихъ слушателей, могутъ быть дозволены подобныя, болѣе чѣмъ рѣзкія выраженія...
-- Я не разъ уже дѣлалъ подобный же вопросъ Ивану Николаичу, прибавилъ Игнатій Петровичъ Путиловъ, и хотя конечно его молодая кровь горячѣе нашей...