По улицамъ ходитъ мальчикъ, наряженный старикомъ и называемый берика. Онъ пляшетъ и кривляется передъ каждымъ проходящимъ и неотступно выпрашиваетъ денегъ. Этотъ же самый берика носитъ иногда названіе дато (медвѣдь), когда принимается въ хороводы женщинъ, для смѣха и представленія этого звѣря упоминаемаго въ пѣсни.
Сидѣльцы лавокъ пускаютъ другъ въ друга большой мячъ, съ крикомъ: клеріаріа, или накинувъ на себя запыленную рогожу или обрывокъ войлока, бросаются какъ пугало на сосѣда и привѣтствуютъ его съ масляницей. Въ сумерки, въ предмѣстьи города разгарается кулачный бой. Въ деревняхъ играютъ въ чагличи (жгутъ).
Нѣсколько человѣкъ въ чертѣ круга получаютъ ловкіе удары жгутомъ отъ тѣхъ, которые находятся внѣ круга, пока кого нибудь изъ бьющихъ не задѣнутъ ногою въ чертѣ; тогда противная партія идетъ въ кругъ испытывать наслажденіе отъ жгута.
Въ деревняхъ, въ первый день масляницы, молодые грузины наряжаются, и ходятъ по улицамъ съ пляскою и пѣніемъ.
Партія наряженныхъ состоитъ изъ берикееби и гори -- свиньи, т. е. человѣка, наряженнаго свиньею. Послѣдній прикрытъ спереди и сзади свиными шкурами, сшитыми въ видѣ чахла.
На голову наряженнаго надѣвается свиная голова съ огромными зубами. Толпа замаскированныхъ приходитъ въ каждый домъ, гдѣ нѣтъ траура, и начинаетъ пляску. Гори бѣгаетъ вокругъ наряженныхъ и бьетъ ихъ своими клыками, и часто такъ сильно, что на клыкахъ его остаются клочки тулупа. Въ отвѣтъ на это, маскированные бьютъ свинью деревянными саблями, до тѣхъ-поръ, пока она не притворится убитою. Берикееби самовольно входятъ въ маранъ {Мѣсто приготовленія и храненія вина.} и пьютъ вино,-- что имъ не запрещается. Хозяева выносятъ имъ въ подарокъ яицъ, и, передавая наряженнымъ, выщипываютъ изъ бороды берики волосъ и кладутъ его въ курятникъ, чтобы куры въ предстоящій годъ несли побольше яицъ. Маскированные ходятъ всю масляницу изъ деревни въ деревню, и случается, что встрѣтившись съ другою такою же партіею, вступаютъ въ непріязненныя дѣйствія и открытую воину. Побѣдители отнимаютъ все, что только успѣли собрать побѣжденные. Въ послѣдній день масляницы наряженные предаются кутежу и уничтожаютъ все, что было собрано въ теченіе недѣли.
У простого народа, въ четвергъ, на масляницѣ, въ день св. Шіо существуетъ обыкновеніе изгонять, мышей изъ дому. Взявъ въ одну руку сдобный хлѣбъ, а въ другую прутъ шиповника, хозяйка ходитъ вокругъ комнаты, постукиваетъ прутикомъ и приговариваетъ: мышь, мышь, выходи!
Обойдя всѣ углы, она передаетъ хлѣбъ и прутъ мальчику, который ожидаетъ ихъ у дверей, и, получивъ, бѣжитъ безъ оглядки за деревню -- иначе мыши могутъ опять вернуться домой -- и тамъ съѣдаетъ хлѣбъ, а корку, воткнувъ на конецъ прута, бросаетъ.
Въ прежнее время, въ прощальный вечеръ воскресенья на масляной, слуги приходили къ своимъ господамъ съ палахою -- палка съ веревкою, слабо натянутою отъ одного конца къ другому. Палка эта надѣвалась на босую ногу осужденнаго къ наказанію по пятамъ. Въ этотъ вечеръ господа обязывались полнымъ повиновеніемъ своимъ слугамъ и, чтобы отдѣлаться отъ наказанія палахою, должны были щедро отдариваться {Масляница у грузинъ. Кавк. 1846 г. No 6.-- "Маскар. грузинской черни". Кавк. 1849 г. No 16.}.
Передъ заговѣньемъ грузины заготовляютъ роскошный, по средствамъ, ужинъ, приступая къ которому по обычаю умываютъ руки, и, если въ семействѣ есть лицо, не присутствующее на ужинѣ, то при умовеніи рукъ выливаютъ нѣсколько капель воды на землю -- какъ долю отсутствующаго члена семейства. Подъ конецъ ужина выливаютъ изъ стакана нѣсколько капель вина на полъ, въ память усопшихъ. По народному повѣрью, послѣ ужина посылаютъ ужинъ волкамъ, т. е. бросаютъ около мякинницы кости, съ увѣренностію, что отъ этого волки въ теченіе цѣлаго года не станутъ трогать скотину {Агебисъ-гаме (заговѣнье), Ив. Гзеліевъ. Закавк. Вѣстн. 1855 г., No 6.}.