"27-го Декабря 1807 года, крейсируя у Черныхъ Каменьевъ {Black-rocks; такъ называются надводные каменья, находящіеся при входѣ въ Брестъ, недалеко, отъ острова Бенигета. Прим. перев. }, и замѣтивъ приближеніе бури, хотѣли мы видѣть командорскій корабль Драконъ. Въ слѣдующее утро буря усилилась отъ SW. Не нашедъ Дракона, мы взяли курсъ къ Лизарду съ тѣмъ, чтобъ итти въ Фальмутъ. Въ двѣнадцать часовъ всѣхъ людей вызвали наверхъ, потому что весьма большой валъ, ударивъ съ чрезвычайною силою въ бордъ, вышибъ съ правой стороны два носовые порта и одинъ противъ гротъ-мачты, отчего великое количество воды попало во фрегатъ.
"Въ это время капитанъ, призвавъ штурмана, велѣлъ ему опредѣлить наше мѣсто на картѣ, а въ половинѣ перваго часа, или около того времени, увидѣли мы землю не далѣе двухъ миль разстоянія; но чрезвычайная мрачность не позволила опознать, какой это былъ берегъ. Капитанъ приказалъ тогда поворотить на другой галсъ, и мы пошли къ ZO, опасаясь въ такую погоду приближаться къ берегу. Во второмъ часу штурманъ совѣтовалъ опять поворотить и подойти къ берегу для разсмотрѣнія онаго, который онъ считалъ мысомъ Лизардомъ, и что, по его мнѣнію, если мы берегъ сей опознаемъ, то уже легко можно будетъ войти въ Фальмутскій Заливъ. На вопросъ Капитана Лидіарда, можно ли сдѣлать это безъ опасности? штурманъ увѣрялъ, что можно.
"Тогда мы поворотили по вѣтру, и какъ погода была все еще пасмурная, то бросили лотъ, который, показавъ 27 саженъ глубины, увѣрилъ насъ, что мы находимся къ W отъ Лизарда, а потому тотчасъ поворотили и поставили столько парусовъ, сколько позволялъ вѣтеръ. Вскорѣ послѣ трехъ часовъ капитанъ, идучи за столъ, выглянулъ изъ боковой галереи, и увидѣлъ близко насъ буруны и берегъ, далеко протянувшійся передъ носомъ. Въ ту же минуту мы стали поворачивать, и капитанъ тогда же рѣшился стать на якорь; ибо если бъ стали мы держаться подъ парусами, то чрезъ нѣсколько часовъ должны были найти на каменья. Брамстеньги мы тотчасъ спустили и фрегатъ хорошо стоялъ до четырехъ часовъ утра, а тогда лопнулъ канатъ: въ ту же минуту отданъ былъ другой якорь, и нижніе реи и стенги спущены. На разсвѣтѣ порвался другой канатъ; мы тогда были столь близко къ берегу, что не было другаго способа для спасенія людей, какъ поставить фрегатъ на мель, гдѣ было лучше. Къ счастію усмотрѣли мы песчаный берегъ, на который штурманъ, по приказанію капитана, и правилъ, Лишь только фрегатъ сталъ на мель, какъ гротъ-мачта упала, но не ушибла никого.
"Капитаны Лидіардъ и Салливанъ {Морской капитанъ, бывшій пассажиромъ на фрегатѣ Альсонѣ. Прим. перев. }, и первый лейтенантъ рѣшились не оставлять фрегата до послѣдней крайности. Изъ служителей многіе были перебиты, а другіе валами сброшены за бордъ и утонули. Желаніе капитана было спасти сколько возможно болѣе людей, и потому во все время онъ занимался распоряженіями, до сего касающимися. Онъ стоялъ у штурвала, держась за шпицы онаго, и валы ходили черезъ него почти безпрестанно. Будучи въ такомъ положеніи весьма долго, въ ожиданіи, когда всѣ служители переберутся на берегъ, онъ до того ослабъ, что когда покусился самъ оставить фрегатъ, то едва былъ въ силахъ, и какъ на пути помѣшалъ ему мальчикъ, которому онъ хотѣлъ "помочь, валомъ сбросило его въ море, и онъ утонулъ."
Такимъ образомъ погибъ этотъ храбрый Офицеръ, отличный своею службою и подвигами. Тѣло его было найдено, и погребено въ Фальмутѣ со всѣми воинскими почестями, рангу его принадлежащими.
Крушеніе англійскаго фрегата Прозерпины, описанное командиромъ онаго, Капитаномъ Валлисомъ, въ донесеніи къ Вице Адмиралу Диксону, Главнокомандующему Британскаго флота въ Сѣверномъ Морѣ.
"Островъ Нюаркъ, 18-го Февраля 1799 года.
"М. Г.! Съ величайшимъ прискорбіемъ долженъ я извѣстить васъ о потерѣ Его Величества фрегата Прозерпины, бывшаго подъ моимъ начальствомъ. Кораблекрушеніе случилось поутру 1-го числа сего мѣсяца, въ устьѣ рѣки Эльбы, куда я, въ исполненіе вашего предписанія, прибылъ изъ Ярмута. Оставивъ этотъ портъ въ полдень 28-го Марта, мы не встрѣтили ничего примѣчательнаго до утра 30-го числа, а тогда, подошедъ къ острову Гельголанду, истребовалъ я сигналомъ лоцмана. Погода стояла весьма хорошая при вѣтрѣ отъ NNO, почему мы дошли до Краснаго Бакана, гдѣ на ночь стали на якорь. Здѣсь мы увидѣли, что баканы были сняты, а потому и составили совѣтъ, въ присутствіи г. Гренвиля {Братъ Лорда Гренвиля: онъ былъ отправленъ тогда изъ Англіи въ качествѣ посланника къ одному изъ Европейскихъ Дворовъ. Прим. перев. }, съ гельголандскимъ лоцманомъ и двумя нашими, бывшими на фрегатѣ, которые объявили, что они совершенно знаютъ рѣку, и могутъ войти въ оную безъ бакановъ. Они всѣ были согласны, что мы до Куксгавена можемъ дойти безъ малѣйшей опасности, если только пойдемъ между половиною отлива и половиною прилива, когда они могутъ видѣть открывшіяся песчаныя банки, увѣряя притомъ, что лоцманскіе знаки имъ совершенно извѣстны.
"Поутру снялись мы съ якоря при весьма хорошей погодѣ и при тихомъ вѣтрѣ отъ NNO, и пошли вверхъ рѣки. Пакетботъ Принцъ Валлійскій, пришедшій съ нами изъ Ярмута, шелъ впереди. Около четырехъ часовъ послѣ полудня, когда мы находились въ четырехъ миляхъ отъ Куксгавена, пошелъ снѣгъ и настала весьма мрачная погода, принудившая насъ положить якорь; въ это время мы видѣли въ рѣкѣ весьма мало льду.
Въ девять часовъ вечера вѣтеръ перешелъ къ OtZ и дулъ съ чрезвычайною силою и большою мятелью. Этотъ вѣтеръ, при отливѣ, нагналъ такое количество толстаго льда, что, употребивъ всю команду къ работѣ, мы съ великою нуждою могли сохранить канаты, чтобъ ихъ не перерѣзало, и удержать свое мѣсто до утра. Въ восемь часовъ приливомъ почти весь ледъ унесло вверхъ по рѣкѣ, и оставило впереди насъ чистое мѣсто. Увидѣвъ, что рѣка была совершенно наполнена льдомъ и пакетботъ стоялъ на мели, мы увѣрились въ невозможности высадить на берегъ Г. Гренвиля, и въ томъ, что нельзя было фрегату итти далѣе, а потому я счелъ за нужное безъ малѣйшей потери времени выйти изъ Эльбы. Въ слѣдствіе сего мы тотчасъ снялись съ якоря, и пошли изъ рѣки. Теперь намѣреніе мое было высадить Г. Гренвиля гдѣ нибудь на ютландскомъ берегу; ибо, по собственному его показанію, важность возложеннаго на него порученія необходимо сего требовала.