Королевскихъ и компанейскихъ войскъ -- 159.

Пассажировъ за капитанскимъ столомъ -- 40.

Пассажировъ за столомъ 3-го Офицера -- 11.

Китайцевъ -- 32.

Всего -- 402.

Идучи сквозь проходъ, именуемый Нидельсъ {The Needles: такъ называемый узкій проходъ по западную сторону острова Вайта. Прим. перев. }, къ несчастію, разлучились они съ конвоемъ; въ слѣдствіе чего флотъ {Здѣсь видно, что конвой состоялъ не изъ однихъ остъ-индскихъ кораблей, чего въ началѣ однако жъ не сказано. Прим. перев. } почти весь слѣдующій день лежалъ въ дрейфѣ; но, не дождавшись корабля Веймута, пошли они подъ малыми парусами къ ближайшему порту, въ надеждѣ соединиться тамъ съ конвоемъ, который и 5-го числа не былъ видѣнъ, а потому рѣшено было дожидаться его на Портландскомъ Рейдѣ, и тѣмъ болѣе, что вѣтеръ начиналъ дѣлаться неблагопріятнымъ. На сей конецъ старшій изъ командировъ, Капитанъ Кларкъ корабля Вексфорда {На корабляхъ Англійской Остъ-Индской Компаніи такая же ведется подчиненность, какъ и на военныхъ: когда сойдутся два отряда, то командуетъ старшій. Прим. перев. }, сдѣлалъ сигналъ, всѣмъ кораблямъ взять лоцмановъ, и итти на вышепомянутый рейдъ.

Абергавени, взявъ лоцмана въ четвертомъ часу пополудни, пошелъ на рейдъ при ровномъ, попутномъ вѣтрѣ, который вдругъ затихъ и далъ волю теченію нести корабль къ банкѣ, называемой Шамбельсъ. Чѣмъ ближе его несло къ ней, тѣмъ труднѣе было имъ управлять, и наконецъ бросило его на каменья, находящіеся у мыса Портланда, въ разстояніи двухъ миль отъ берега. Корабль стоялъ на каменьяхъ около часа; въ это время било его страшнымъ образомъ, такъ, что офицеры и служители едва могли держаться на ногахъ. Въ четыре часа удары стали слабѣе, и минутъ чрезъ пятнадцать послѣ того корабль сошелъ съ каменьевъ. Тотчасъ поставили паруса съ намѣреніемъ войти въ первую гавань; ибо въ кораблѣ открылась большая течь, которая однако жъ скоро до того наполнила корабль водою, что онъ пересталъ слушаться руля. Тогда сдѣлали двадцатью пушечными выстрѣлами сигналъ, означающій бѣдствіе; но капитанъ не считалъ корабля въ такой опасности, чтобъ нужно было прибѣгнуть къ гребнымъ судамъ, ибо вѣтеръ былъ умѣренный, и онъ находился по близости береговъ и конвоя.

Наконецъ, въ пять часовъ вечера, течь такъ усилилась, что помпы не успѣли отливать воду. Гандсъ-помпы при началѣ уменьшили оную на шесть дюймовъ; но вскорѣ послѣ того прибыла она вдругъ отъ шести до осьми футъ, не смотря на всевозможное усиліе людей, дѣйствовавшихъ помпами. И какъ, при всемъ стараніи экипажа, не было возможности съ успѣхомъ отливать воду, а ночь наступала, отчего положеніе находившихся на кораблѣ было крайне опасно, и тѣмъ болѣе, что въ то же самое время нашли, что онъ потерпѣлъ большія поврежденія прямо подъ помпами. Всѣ до одного человѣка поочереди трудились при отливаніи воды помпами и ведрами. Въ восемь часовъ положеніе ихъ сдѣлалось еще ужаснѣе: тогда примѣтили, что невозможно было спасти корабль, который началъ уже понемногу погружаться въ воду. Между тѣмъ безпрестанно палили сигнальныя пушки. Коммиссаръ, третій Офицеръ и шесть человѣкъ матросовъ немедленно были посланы на берегъ для извѣщенія жителей о положеніи, въ коемъ находился корабль. Въ это время пріѣхалъ лоцманскій ботъ, на которомъ пять пассажировъ, въ числѣ коихъ была одна дѣвица, отправились на берегъ, не взирая на большое волненіе, которое угрожало имъ ежеминутною гибелью.

На нѣсколько минутъ вниманіе экипажа было обращено на суда, которыя оставляли корабль; но скоро эти несчастные опять стали помышлять о своемъ собственномъ положеніи, ибо поднявшаяся въ это время страшная зыбь лишила ихъ всѣхъ способовъ избавить корабль отъ потопленія. Всякій теперь уже былъ увѣренъ въ неминуемой гибели, и потому, не смотря на всѣ старанія офицеровъ, по кораблю сдѣлалось большое замѣшательство и смятеніе, когда служители узнали, что онъ тонетъ. Въ десять часовъ ночи нѣкоторые изъ матросовъ просили водки, и когда имъ въ этой просьбѣ отказали, они хотѣли взять силою, и бросились въ трюмъ, гдѣ хранились крѣпкіе напитки. Однако жъ офицеры, которые ни на минуту въ этомъ отчаянномъ положеніи не забывали своего достоинства, и вели себя съ примѣрнымъ равнодушіемъ и твердостью до самаго конца ихъ бѣдствія, скоро отразили дерзкихъ. Одинъ изъ офицеровъ, коему приказано было караулить трюмъ, находился при входѣ съ заряженными пистолетами, и не позволялъ никому войти. Въ то время, когда вода лилась въ корабль со всѣхъ сторонъ, матросы, не имѣя возможности силою удовлетворить своему желанію, просили караульнаго офицера изъ милости дать имъ водки, увѣряя, что менѣе чѣмъ чрезъ часъ они всѣ будутъ равны, ибо и пьяные и трезвые смѣшаются на днѣ морскомъ. Однако жъ офицеръ строго исполнялъ свой долгъ, при самыхъ послѣднихъ своихъ минутахъ отказалъ имъ и совѣтовалъ умереть по-христіански, если уже Богу угодно лишить ихъ жизни.

Въ половинѣ одиннадцатаго часа вода выступила на кубрикъ. Теперь всѣ съ нетерпѣніемъ ожидали гребныхъ судовъ съ берега. Многіе жалѣли, что не уѣхали на тѣхъ, кои отправились прежде. Всевозможное усиліе и безпрестанная работа были нужны, чтобъ удержать корабль на водѣ до прибытія гребныхъ судовъ. Къ несчастію случилось еще, что въ ужасномъ смятеніи и безпокойствѣ не успѣли въ свое время спустить на воду корабельныхъ шлюпокъ, которыя могли бы спасти весь экипажъ. Въ одиннадцать часовъ роковой валъ ударилъ въ корабль, который отъ того сильно покачнулся, и почти мгновенно пошелъ на дно въ двухъ миляхъ отъ Веймутскаго берега. Онъ потонулъ, имѣя подъ носовою частью двѣнадцать саженъ глубины. Опускаясь на дно, онъ много накренился, но послѣ сталъ прямо, и верхи мачтъ были надъ водою. Многіе схватились за деревья запаснаго рангоута, и носились на нихъ по волнамъ; но большая часть ушли на ванты. Между тѣмъ нѣкоторые, отъ сильнаго потрясенія корабля, когда въ него ударилъ валъ, не могли удержаться, а другіе не успѣвали по вантамъ уйти отъ воды, потому что корабль погрузился съ большою скоростью: и тѣ, и другіе погибли. Отъ этого мѣста въ нѣсколькихъ миляхъ претерпѣлъ кораблекрушеніе англійскій остъ-индскій корабль Галевель.