"При семъ опаснѣйшемъ изъ кораблекрушеній, Провидѣніе явнымъ образомъ ознаменовало свое намъ покровительство; ибо на кораблѣ находилось много женщинъ и дѣтей, изъ коихъ никто не лишился жизни: дѣти были привязаны за плечами своихъ матерей офицерскими шарфами.
"Я не могу прейти молчаніемъ происшествій, показывающихъ благородныя черты нѣкоторыхъ изъ нижнихъ чиновъ. Увидѣвъ, что одинъ матросъ привязывалъ къ себѣ жену свою, съ намѣреніемъ плыть съ нею на берегъ, я сказалъ ему, показавъ на буруны, что онъ хочетъ погубить и себя и ее; но если онъ оставитъ жену свою подъ моимъ покровительствомъ и уговоритъ нѣсколько человѣкъ пособить ему, то я дамъ имъ изъ росторъ дерево, которое они могутъ положить на берегъ и всѣ благополучно переправятся. Матросъ сдѣлалъ по моему совѣту и, оставивъ жену свою на берегу, возвратился ко мнѣ, и изъ благодарности дотолѣ не отходилъ отъ меня, пока я не вышелъ на берегъ. Когда корабль, ставъ на каменья, наполнился водою, и экипажъ сначала въ страхѣ и отчаяніи хотѣлъ пуститься вплавь на берегъ, не взирая на явную гибель, коей онъ подвергался, тогда самые искусные пловцы изъ солдатъ не отходило отъ своихъ офицеровъ, съ тѣмъ, чтобъ плыть вмѣстѣ съ ними и въ случаѣ нужды спасти ихъ. Бѣдные люди! Они не понимали, что добродушіе и привязанность ихъ къ своимъ начальникамъ не могли имъ принести никакой пользы. Командиръ полка, Подполковникъ Кармайкель, во все время находился съ солдатами, и дѣйствовалъ съ обыкновеннымъ своимъ присутствіемъ духа и твердостью."
Слѣдующее письмо, отъ Г. Подполковника къ Капитану Тейлору, приноситъ большую честь послѣднему, его офицерамъ и нижнимъ чинамъ.
"Островъ Троицы, 14-го Августа 1800 года.
"М. Г! Отъ всего моего сердца согласился я съ общимъ желаніемъ господъ офицеровъ Втораго Вестъ-Индскаго Полка, состоящаго подъ моимъ начальствомъ, изъявить вамъ, сколь много мы соболѣзнуемъ о несчастій, постигшемъ корабль Его Величества Дромедари, бывшій подъ вашею командой, въ то самое время, когда все ваше искусство и усердіе къ службѣ направлены были къ общей пользѣ и къ успѣху ввѣреннаго намъ предпріятія, требовавшаго рѣшительныхъ и отважныхъ дѣйствій.
"Я также, по собственному моему и господъ офицеровъ искреннему желанію, прошу, М. Г. васъ, служившихъ подъ вашимъ начальствомъ господъ офицеровъ и вообще весь экипажъ, принять усерднѣйшую нашу благодарность за ваше и ихъ къ намъ вниманіе и за попеченіе, которое вы принимали, чтобъ спасти жизнь нашу, когда уже не было ни какой возможности избавить корабль отъ погибели. Мы чувствуемъ въ полной мѣрѣ, что вамъ обязаны за спасеніе десантныхъ войскъ, бывшихъ на кораблѣ; ибо твердость и хладнокровіе ваши, при отдаваніи приказаній и распоряженіяхъ, и скорое исполненіе оныхъ и повиновеніе со стороны офицеровъ и нижнихъ чиновъ, вселяли въ каждаго изъ находившихся на кораблѣ неограниченную къ вамъ довѣренность и надежду; а отъ сего былъ сохраненъ строгій и надлежащій порядокъ, отвратившій общее несчастіе.
"Въ заключеніе увѣряемъ васъ, что почтеніе и признательность наши къ вамъ никогда не изгладятся изъ сердецъ нашихъ, а я особенно съ своей стороны смѣю присовокупить, что на всегда пребуду, и проч.
Г. Л. Кармайкель,
Подполковникъ Втораго Вестъ-Индскаго Полка .
КОНЕЦЪ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ.