Тотчасъ по отбытіи этихъ судовъ, всѣхъ оставшихся людей пересчитали; ихъ находилось еще на кораблѣ 49 человѣкъ, включая капитана, Г. Ролистона и трехъ офицеровъ. Тогда они опять приступили къ дѣйствію помпами, ибо ночь приближалась, и С. Винцентъ находился отъ нихъ довольно далеко.
Въ шесть часовъ вечера капитанъ, обще съ нѣкоторыми Офицерами, ходилъ въ послѣдній разъ осматривать внутри корабля, и нашелъ, что верхній конецъ старнъ-поста отсталъ отъ транца на шесть дюймовъ, и что всѣ кормовыя скрѣпленія около транцевъ расшаталось.
Въ половинѣ девятаго часа большой катеръ и шлюпка съ С. Винцента еще разъ пріѣхали къ кораблю; тогда капитанъ приказалъ людямъ оставить помпы, и отправилъ ихъ на сихъ гребныхъ судахъ, объявивъ, чтобъ они болѣе не возвращались. Пять минутъ спустя послѣ того, пріѣхалъ барказъ, на которомъ, въ исходѣ девятаго часа, капитанъ, со всѣми остальными Офицерами и нижними чинами, оставилъ несчастный Гангесъ, простившись съ нимъ троекратнымъ ура. Чрезъ двадцать минутъ прибыли они на корабль С. Винцентъ, капитанъ коего, Джонсъ, принялъ ихъ со всевозможнымъ уваженіемъ и гостепріимствомъ, приличными ихъ званію и несчастному положенію.
Когда послѣдній отрядъ отправился съ корабля, въ трюмѣ было десять футовъ воды, и онъ уже сѣлъ до половины баргоута, и потому руль не имѣлъ ни какого дѣйствія, а ютъ, шканцы и вообще верхняя часть его были въ большомъ движеніи, слѣдовательно, при такомъ разслабленіи корабля, гибель его была неизбѣжна.
Въ продолженіе ночи С. Винцентъ почти совсѣмъ не имѣлъ ни какого хода, а потому на разсвѣтѣ Гангесъ былъ у нихъ еще въ виду; на немъ мачты, реи и паруса всѣ были цѣлы, какъ и наканунѣ вечеромъ. Въ семь часовъ утра Капитанъ Джонсъ, по желанію Капитана Гарингтона, спустился къ нему, а въ девять часовъ послѣдній, съ нѣкоторыми изъ офицеровъ, отправился на барказѣ къ Гангесу въ надеждѣ, что можно будетъ что нибудь спасти изъ вещей. Но приблизившись они увидѣли, что изъ всѣхъ шпигатовъ нижняго дека, при качкѣ корабля, вода текла ручьями, и временно на волненіи бакъ уходилъ въ воду. При такомъ положеніи, когда видно было ясно, что корабль болѣе и болѣе погружался, не осмѣлились они пристать къ нему, и возвратились на С. Винцентъ, бывшій тогда отъ Гангеса не далѣе четверти мили.
Около полудня пріѣхали они на корабль, и тотчасъ имѣли причину благодарить Бога, что раздумали приставать къ Гангесу; ибо едва успѣли они взойти на корабль, какъ Гангесъ пошелъ на дно и такимъ образомъ, что изъяснить это весьма трудно: на немъ стояли три рифленные марселя, поставленные прямо, кромѣ крюссля, обрасопленнаго въ бейдевиндъ, и апсель; руль былъ на бордѣ подъ вѣтромъ и привязанъ, но корабль вдругъ покатился подъ вѣтеръ и, пришедъ на фордевиндъ, въ ту же минуту пошелъ на дно носомъ впередъ. Мачты, стеньги и реи его были цѣлы до самаго конца; одна только гротъ-стеньга переломилась въ эзельгофтѣ, когда грота-рей коснулся воды. Болѣе четырехъ сотъ человѣкъ были зрителями сего величественнаго и ужаснаго явленія, которое въ сердцахъ ихъ сдѣлало такое впечатлѣніе, какое только можно чувствовать, но не описывать, и о которомъ самое краснорѣчивое перо не можетъ сообщить достаточнаго понятія. Несчастный корабль потонулъ у Мыса Доброй Надежды въ широтѣ 38°, 22', долготѣ 19°, 50'.
Изъ 209-ти человѣкъ, находившихся на Гангесѣ, ни одинъ не лишился жизни. Такое избавленіе должно быть совершенно чудесное; ибо волненіе въ это время было столь велико, что безъ величайшей опасности невозможно было спустить гребныя суда, и держать ихъ у борда. Это счастливое обстоятельство показываетъ, съ какимъ искусствомъ и неустрашимостью дѣйствовали при семъ случаѣ капитанъ, Офицеры и нижніе чины.
Крушеніе англійскаго фрегата Амазонки, подъ начальствомъ Капитана Рейнольдса, погибшаго въ заливѣ Годіернѣ, 14-го Января 1797 года, во время сраженія съ французскимъ кораблемъ Друа-де-л'оммъ
Въ Декабрѣ 1796 года фрегатъ Амазонки привезъ въ Фальмутъ извѣстіе, что онъ видѣлъ въ морѣ французскій флотъ, изъ коего нѣсколько кораблей гналось за нимъ. Послѣ того, 21-го Декабря, онъ и 44-хъ-пушечный фрегатъ Индефатигабль, подъ начальствомъ Сира Эдуарда Пелю, отправились въ море. Они пошли къ острову Уэсанту, чтобъ ближе можно было наблюдать за движеніями непріятеля; но пасмурная, туманная погода и крѣпкій западный вѣтеръ принудили ихъ держаться далѣе отъ французскихъ береговъ. Буря продолжалась довольно долго и увлекла ихъ далеко къ югу, а когда вѣтеръ утихъ, и погода прочистилась, они сочли за нужное осмотрѣть испанскіе берега. На сей конецъ нѣсколько времени держались у порта Коруньи, гдѣ удалось имъ взять одинъ изъ гаванскихъ кораблей, а вскорѣ послѣ того взяли еще два испанскія судна, и всѣ отправили въ Англію.
Они плыли вдоль берега до самаго мыса Финистера, но не встрѣтили ничего достойнаго вниманія, кромѣ того, что услышали отъ одного нейтральнаго судна, что французскій флотъ, состоящій въ девятнадцати линѣйныхъ корабляхъ и множествѣ транспортовъ съ войскомъ и снарядами, находился въ морѣ. Изъ сего извѣстія они заключили, что флотъ имѣетъ въ предметѣ какое нибудь важное предпріятіе, и какъ эти два фрегата ходили весьма хорошо, то они рѣшились употребить всевозможныя средства сойтись съ французскимъ флотомъ, осмотрѣть и замѣтить его силу и движенія, и сообщить о томъ своему флоту. Съ сею цѣлію взяли они курсъ къ N, и шли подъ всѣми парусами до широты 46°, гдѣ встрѣтили крѣпкій западный вѣтеръ, и какъ они теперь находились на трактѣ судовъ, идущихъ изъ Бреста, то и несли очень мало парусовъ, и весьма прилежно осматривали вокругъ себя горизонтъ.