Я попросила моего друга дать мне час на размышление Как сейчас помню спальню в гостинице, довольно мрачную комнату и висевшую на стене передо мной картину - необыкновенную женщину в платье восемнадцатого века, жестокие, но прекрасные глаза которой прямо глядели в мои. Я смотрела ей прямо в глаза, и они как будто смеялись надо мной "Что бы вы ни решили, - казалось, говорили эти глаза, - все клонится к одному. Взгляните на мою красоту, сиявшую столько лет тому назад Смерть поглощает все, все. Зачем же вам вновь страдать, чтобы дать жизнь существу, которое будет все равно унесено смертью?"
Ее глаза становились все более жестокими и зловещими, а моей тоске не было предела. Я закрыла лицо руками, чтобы не видеть ее, и старалась думать, решить. Сквозь туманившие мой взор слезы я умоляла эти глаза, но они не поддавались жалости и беспощадно смеялись надо мной: "Жизнь или смерть, несчастная, мы все равно попали в капкан..." В конце концов я поднялась с места и сказала глазам: "Нет, вам меня не смутить! Я верю в жизнь, в любовь, в святость законов природы".
Было ли это воображение, или действительно в этих холодных глазах мелькнул огонек жуткого язвительного смеха?
Когда мой друг вернулся, я сообщила ему свое решение, и ничто уже не могло меня поколебать. Я вернулась в Венецию и, обняв Дердре, шепнула ей:
- У тебя будет маленький брат
- О, - засмеялась Дердре и захлопала от радости в ладоши. - Как хорошо, как хорошо!
- Да, да, это будет чудесно
Я телеграфировала Лоэнгрину, и он поспешил приехать в Венецию Он был в восторге, полон радости, любви и нежности, и демон неврастении на время покинул его.
Согласно второму контракту, подписанному с Вальтером Дамрошем, я в октябре уехала в Америку. Лоэнгрин никогда не видал Америки и очень волновался, вспоминая, что в нем течет американская кровь На пароходе были наняты, конечно, самые роскошные помещения, для нас каждый вечер печаталось особое меню - ехали мы, как коронованные особы Общество миллионера, безусловно, сильно облегчает путешествия: у нас была роскошная квартира в гостинице, и вся прислуга кланялась нам до земли.
Кажется, что в Соединенных Штатах существует закон, запрещающий двум любовникам путешествовать вместе Бедный Горький и его подруга, прожившая с ним уже семнадцать лет, подвергались всевозможным гонениям, превратившим их жизнь в сплошной ад, но понятно, когда люди очень богаты, от этих маленьких неприятностей легко избавиться.