Съ этими словами она бросилась на кресло.
-- Отчего не были вы еще сегодня у меня? продолжала она. Развѣ это по дружески? Я ждала васъ все утро.
Она роняла слова, улыбаясь, но за ея улыбкой Гельбаху чудилось что-то, ему не понравившееся, какая-то совершенно опредѣленная, серьезная цѣль, ради которой Стефани, вѣроятно, и пришла къ нему.
Ужъ не разстроятъ-ли намѣренія этой своенравной женщины тѣхъ плановъ, которые онъ самъ составилъ для нея?
Ничего мучительнѣе для него не могло-бы случиться, какъ если бы Стефани Орлова осталась вблизи Евы въ его отсутствіе. Тогда бы путешествіе стало-бы для него истиннымъ терзаніемъ, задачею только на половину исполнимою, если ей не отдаться всецѣло. Но, чтобы выиграть партію и удалить Стефани, онъ прежде всего не долженъ становиться къ ней въ оппозицію; красивая, избалованная, пустая женщина эта выноситъ все, только не противорѣчіе.
-- Я никакъ не могъ быть у васъ, Стефани; не сердитесь на меня за это... Случилось неожиданное, печальное событіе, касающееся и васъ...
-- Однако, именно вслѣдствіе этого событія вы были сегодня въ моемъ домѣ, прервала она его, и прошли мимо моей двери, не постучавшись... Венскій все мнѣ выдалъ.
-- Такъ вамъ извѣстно?...
Она слегка кивнула головою, точно вопросъ касался бездѣлицы.
-- Что Лезеръ раззоренъ, сказала она.