Даже на самыхъ возбужденныхъ сообщеніе это произвело немедленное дѣйствіе.
Всѣ стоя допили стаканы, отдали деньги наскоро призванному кельнеру, пожали руку Линка и вслѣдъ затѣмъ, группами по четыре и по пяти человѣкъ, перешептываясь, вышли изъ сада.
Линкъ оглянулся; только теперь увидалъ онъ, какъ неосторожно поступилъ. Шагахъ въ тридцати, не болѣе, отъ стола, за которымъ сидѣло собраніе, всѣ стулья были заняты, и только оживленной бесѣдѣ за столами, музыкѣ, почти непрерывно грохотавшей въ сосѣдней танцовальной залѣ, и громкимъ возгласамъ, раздававшимся изъ лавокъ, были они обязаны тѣмъ, что публика не отнеслась внимательнѣе къ яростнымъ преніямъ за длиннымъ столомъ.
Не произнося болѣе ни слова, тесть подсѣлъ къ нему. Долго оставались они другъ противъ друга молча. Линкъ не спрашивалъ, откуда узналъ старикъ то, что такъ тщательно скрывали отъ него, и какъ провѣдалъ онъ объ опасности, грозившей сообщникамъ. Опираясь головой на руку, глядѣлъ онъ на дно пустого стакана.
Надъ голыми акаціями и каштанами яркій небесный сводъ постепенно блѣднѣлъ. Свѣжій вѣтерокъ колыхалъ обнаженныя деревья.
Линка пробрала дрожь.
-- А гдѣ же у тебя ребенокъ?
Онъ вскочилъ.
-- Я схожу за Гретой.
Усталою поступью побрелъ онъ по лужайкѣ, гдѣ играла дѣвочка.