-- Вотъ четыре векселя по пятисотъ марокъ каждый, которые ты подпишешь, пока у тебя еще есть кредитъ. Надолго его не хватитъ.
-- Я и самъ такъ думаю, Венскій. Ну что еще?
Водворилось непродолжительное молчаніе.
Этотъ грошовый адвокатикъ зналъ, съ кѣмъ имѣлъ дѣло, и чѣмъ можно дѣйствовать на такихъ людей. Поглядѣвъ съ минуту искоса на Лезера своими хитрыми, узкими глазками, онъ коротко сказалъ:
-- Мысль!
Лезеръ вскочилъ съ кожанаго дивана, точно наэлектризованный. Когда у Венскаго зарождалась мысль, она большею частью бывала хорошая.
-- Садись! сказалъ тотъ, снова придвигая его къ дивану и наливая ему третью рюмку коньяку. Мы нуждаемся въ спокойствіи и обдуманности. Мысль моя все та же, прежняя, но это единственное, что остается намъ въ твоемъ теперешнемъ положеніи.
-- Т. е., мысль объ ассоціаціи съ этимъ болваномъ, моимъ будущимъ тестемъ.
-- Да.
-- Bon! Это такъ же хорошо или дурно, какъ и все остальное.