Сначала, несмотря, на то, что лиса была сыта, она зорко следила за петухом, просовывала, морду, обнюхивала воздух и протягивала лапу.
С каждым днем Тайга все больше и больше привыкала к птице, и движения петуха уже не производили на нее почти никакого впечатления.
Я около двух недель работал с лисой и устраивал ежедневные репетиции. Клетка с петухом стала помещаться на средней тумбе, и лиса прыгала через петуха, который, в свою очередь, совершенно перестал ее бояться.
Я кормил петуха в уборной возле клетки Тайги, и он даже и не подозревал, что опасность так близка.
Этого я и добивался для подтверждения так называемого закона «преследования убегающего».
Закон состоит в том, что всякое животное бросается на предмет, от него удаляющийся (бумажка на веревке, убегающая от котенка, человек, бросающийся бежать от лающей собаки), тогда как предмет приближающийся заставляет животное спасаться бегством или отступать (большая собака будет отступать перед смело идущим на нее человеком), что у меня рассказано в первом томике моих рассказов о животных.
Бывали случаи, что я боялся за петуха, — это, когда он случайно слетал при прыжке лисы.
В такой момент уши лисы поднимались стрелкой, и вся она делалась точно стальная, но я моментально отвлекал ее внимание кусочками мяса и криком: «гоп!» И Тайга снова продолжала безразлично относиться к петуху.
С каждым днем моя лисица все меньше и меньше обращала внимания на петуха, а раз, когда он, сидя на своей тумбе, клюнул ее в лапу, повернулась к нему задом, как делала это, защищая свое мясо.
Я пробовал давать одновременно мясо одной рукою петуху, другою — лисе, сближая медленно руки, и получилась забавная картина: петух, проглотив свой кусок, вырывал у меня из рук из-под носа лисы другой кусок, при чем несколько раз клюнул ее в верхнюю губу и в нос.