"А, Графиня! да будет благословен приход ваш! воскликнул в восторге Воевода, увидя входящую Астольду, последуемую всеми дочерьми своими. Отдаемся на суд ваш: кого из нас двоих с Ольгердом вы признаете победителем? Я первый напал на вепря, а он убил!" его, отрубил ему голову и располагается повергнуть ее к ногам вашим, как трофей победы. Как решите, прекрасная Графиня?
Астольда с милою улыбкою отвечала, что с ними был третий, очевидный свидетель. "Надобно узнать, вельможный пан Воевода, говорила шутя Графиня, до какой степени нападение ваше на зверя облегчило победу юному гостю нашему; может быть она и вся принадлежит вам. Ну, чтож ты молчишь, Евстафий, кто истинный победитель вепря?".
"Без всякаго сомнения, пан Воевода Краковский -- Иоахим Сендомирский!.. Его орлиное око усмотрело беднаго зверя в густоте тростника; его кипящее мужество устремило его с копьем ринуться туда; без него вепрь жил бы еще; но когда уже показана дорога, указан предмет, то очень было естественно, что сильная рука храбраго Ольгерда довершила начатое!. Если мое решение нужно было, так я признаю пана воеводу убийцею вепря." Евстафий вышел, да и пора уже было! Одна только Астольда понимала, что происходило в душе его. Но Граф, слыша странныя слова им сказанныя, начал опасаться за его разсудок. "Не всех ли уже родов несчастия готовы низринуться на меня? думал он, выходя в след за юношею. Что сделалось с моим Евстафием? от чего такая мрачность на прекрасном челе милаго сына моего? что с ним?.." Граф терялся в догадках.
"Мой Евстафий сего дня в каком-то припадке смешнаго сострадания, говорила Астольда усмехаясь и ласково благодаря молодаго Ольгерда, который подносил ей голову вепря на золотом блюде.
"Постой же, постой, молодой человек! дай и мне взяться за блюдо; я говорю, что половина победы моя." Старый Сендомирский взял одною рукою за край блюда и с комическою важностию поставил его к ногам прекрасной Графини: "хотя воспитанник ваш и присудил мне одному всю честь этаго убийства, однакож я великодушен; его мечь булатный отделил эту голову ужасную от ея туловища страшнаго."
"Я думаю, вам предложится охота более славная и более опасная, ясневельможный пан Воевода: вы знаете, что Князь приглашает дворян приехать ко двору; известно, что такия приглашения не делаются без важной цели."
"Храбрый Литвин на все готов, прелестная Графиня! на охоту и на войну идет одинаково весело."
"Но вы не Литвин, пан Воевода!"
"Все равно; живу в Литве, и уже привык считать ее своею родиною. Когда едет Граф?"
"Сего дня."