- И без звону. Трудно?
- Трудно.
- Чужбина. НИхристь, нИрусь. Рад, небось, что православным воздухом дышешь?
- Говел сегодня. Причастился.
Прадед внимательно, с суровой лаской, посмотрел на него, встал и еще раз, молча, обнял, - помолчал, и, глядя в упор, с честной прямотой, - спросил Петра:
- А чистоту соблюл?
Петр покраснел и не ответил, долго молчал, - но собрался и, не поднимая глаза, ответил:
- Господь один чист.
- А ты-то, ты-то?... яко человек, - допрашивал прадед, вглядываясь в его красивое, бледное лицо с чистыми и добрыми глазами.
- Каков был, таков и есть, - тихо отвечал Петр.