- Приложитесь, дети.
И когда мы приложились, она удержала нас около иконы и чуть слышно сказала:
- А знаете ли, милые, как на земле, и мы грешные сладостно поем Тихому ангелу, - слышали ли: "Свете Тихий, святые славы!"
Она приподняла опять икону и благословила нас ею, - и сказала другим:
- Ну, приложитесь, приложитесь! Какой лик прекрасный!
Когда все приложились к образу, бабушка передала образ Параскевушке, стоявшей возле нее, и поклонилась мужику.
- Спаси тебя Господи, Демьян Иванович. Обрадовал ты меня, грешную. Дивен лик и тихостен! Благослови тебя Господи. Долго ли писал?
- На Третий Спас начал, матушка, - отвечал Демьян Иванович, и лицо его посветлело, - отслужил молебен Нерукотворному Образу - и водою святой доску окропил, - и писалось с легкостию, по новгородскому переводу. По твоим молитвам легкота была в письме. Не запомню, чтобы так было.
- Господь дал! Все ли у тебя в здоровье добром?
- Спаси тебя Бог, матушка, все здоровы. Сыты, обуты, одеты. Работа есть. В Прохушево в часовню Деисус заказали, и Ивана Воина в полк. А ты мне, матушка, работу задай: без того не уйду: твоим заказом моя работа спорится.