- А я - салфеточку; угодила ли, не знаю.
- Спаси Господи, за труды, за любовь. Параскевушка, хорошо ли их покоила?
Обе монахини поклонились враз:
- Много довольны, матушка. Благословите, к вечерне сходить.
- Бог благословит.
И бабушка зашептала на ухо Параскевушке, а та, молча, кивала головой.
- На минуту подсела бабушка к столу, и Егорушка, улыбаясь широкою не сходящею с лица улыбкой, подвинул к ней блюдце, до краев наполненное чаем, в котором плавали размоченные кусочки сухариков. Монашка с волосиками всплеснула руками:
- Что ж ты это, Егор, делаешь? Тебе от матушки угощение принимать, а не тебе ее угощать!
- Ан, не так, - сказала бабушка, - я к ним, к малым в гости пришла. Чем-то они меня угостят?
Брат подал ей половинку груши и просто сказал: