II. ГОСУДАРСТВЕННОЕ УСТРОЙСТВО
Можно ли говорить о каких-либо формах государственного быта в Древней Руси с древнейших исторических времен? В исторической литературе предложены разные ответы на этот важный вопрос. Одни историки (Н.М. Карамзин, И.Ф.Г. Эверс и др.) говорят о начале русского государства со времени призвания князей; другие полагают, что государственному быту предшествовал быт родовой, который только с XII века начинает сменяться государственным (С.М. Соловьев); третьи отодвигают еще позднее, к XVI веку, возникновение государства и думают, что ему предшествовал быт частно-правовой или вотчинный, развившийся из родового быта или с XII века, как думают одни (К.Д. Кавелин), или со времени призвания князей, по мнению других (Б.Н. Чичерин).
Причина этих разногласий лежит в том, что понятие о государстве оказывается нетождественным у разных писателей. Нередко в это понятие привносятся такие признаки, которые являются общими у многих современных государств. Так, Н.М. Коркунов называет государством общественный союз свободных людей с принудительно установленным мирным порядком посредством предоставления исключительного права принуждения только органам государства (Коркунов Н.М. Русское государственное право. 4-е изд. СПб., 1901. Т. 1. С. 27). Это надо понимать в том смысле, что в состав общественного союза входят только свободные. Но это не исключает применения понятия о государстве и к таким общественным союзам, в которых существует и несвободное население. Но несвободные в состав общественного союза не включаются. Тот же автор не считает существенным понятие о государстве ставить в связь с территорией. "Так, современные государства, без сомнения, все неразрывно связаны с определенной территорией. Но относительно государств далекого прошлого необходимость такой связи с территорией по меньшей мере сомнительна. Во всяком случае это значило бы определением предрешить в отрицательном смысле вопрос о возможности допустить существование государственной организации у кочевых народов. А между тем даже у оседлых народов первоначально территория вовсе не имела того значения в государственных отношениях, какое получила в настоящее время" (Там же). Но во всяком общественном союзе самостоятельное и принудительное властвование должно иметь внешние пределы, за которые оно не простирается. Пределы властвования даются понятием о территории, хотя бы это понятие и подвергалось в истории крупным колебаниям. Беспредельного властвования нельзя себе и представить, а потому нельзя представить и государства без каких-либо границ. Другие авторы к существенным признакам понятия о государстве присоединяют ту или иную цель, преследуемую государством. Что каждый общественный союз преследует какие-либо цели, это стоит вне спора. Но цели не остаются постоянными и в истории сравнительно часто изменяются. Поэтому выставлять какую-либо определенную цель существенным признаком государства вообще значит намеренно ограничить понятие государства тесными границами.
Существенными признаками государства являются три элемента: 1) совокупность населения, образующего общественный союз; 2) власть, стоящая во главе этого общественного союза, и 3) территория, занятая данным населением.
Имеется ряд указаний, что быт русских славян еще до призвания варяжских князей заключал указанные три элемента. Первоначальный летописец указывает расселение разных племен и в то же время изображает их быт. Так, рассказав предание об основании Киева, он продолжает: "И по сихъ братьи (Кия, Щека и Хорива) держати почаша родъ ихъ княженье в Поляхъ, а в Деревляхъ свое, а Дреговичи свое, а Словени свое в Новегороде, а другое на Полоте, иже Полочане. Оть нихъ же Кривичи, иже седять на верхъ Волги, и на верхъ Двины и на верхъ Днепра, ихже градъ есть Смоленьскъ" и пр. (Лавр. лет. С. 9 - 10). Далее под 859 и 862 годами там же рассказано, что кривичи, словене, чюдь, меря и весь платили дань варягам из заморья, а потом "изъгнаша варяги за море, и не даша имъ дани, и ночаша сами в собе володети". Но так как после этого возникли усобицы между ними, то все они "реша сами в себе: поищемъ собе князя, иже бы володелъ нами и судилъ по праву". Итак, летопись указывает у разных племен особые княжения и места расселения племен, подчинение некоторых племен иноземцам, свержение иноземной власти и установление власти собственной, которая, однако, оказалась неудовлетворительною и заменена другою. Про полян, у которых упомянуто свое особое княжение, сказано, что их обидели древляне и другие соседи и что пришедшие козары потребовали с них дани. "Сдумавше же Поляне и вдаша отъ дыма мечь". Значит, требование козар было обсуждено и состоялось решение, обязательное для всех, платить иноплеменникам оригинальную дань. Несомненно, у полян существовала какая-то власть, издающая обязательные для населения приказы. Все эти данные заставляют думать, что элементы государства были налицо у русских славян с древнейшего исторического времени. Что это были за государства, покажет разбор отдельных элементов: территории, населения и власти.
ТЕРРИТОРИЯ
В начале истории не существует единого русского государства. На пространстве Европейской России, и то далеко не всей, существует целый ряд небольших государств. Летопись перечисляет многие из них: она упоминает особые княжения у полян, древлян, дреговичей, новгородских славян, полочан, кривичей и т.д. Территории таких княжений были очень невелики. Объединение нескольких территорий под властью одного воинственного князя представляет случайное и кратковременное явление: обыкновенно со смертью такого князя и территория его распадается.
Уже давно замечено, что "в младенческом состоянии цивилизации не может быть больших государств" (Ф. Гизо). Это общее наблюдение подтверждается данными быта древних германцев и галлов. Немецкий историк права о германцах говорит: "Германский народ выступает в истории не в виде большого национального государства, но разделенным на значительное число маленьких народностей (Volkerschaften), из которых каждая живет самостоятельною политическою жизнью. Непрерывные ожесточенные войны, возникавшие из-за захвата и освоения годных для заселения областей на континенте Европы, воспитали в германцах воинственный дух, которым проникнута их религия, право и государственный быт... Лишь в III веке исторические события вызвали к жизни среди этой раздробленной нации возникновение более крупных союзов. С течением времени из договорных отношений вырастает государственное объединение и из естественного объединения племен образуются политические единицы. Из этих племен салические и рипуарские франки, аллеманы, тюринги, саксы, фризы и баварцы прочно осели в пределах Германии, а ост- и вестготы, вандалы, бургунды, англосаксы, лонгобарды и др. расселились за ее пределами и на развалинах разрушенной ими западной Римской империи основали новые государства" (Brunnerti. Grundziige der deutschen Rechtsgeschichte. Leipzig, 1901. S. 5 - 6).
H.Д. Фюстель де Куланж следующим образом описывает быт Галлии до завоевания Цезарем: "Галлия не представляла национального целого. Ее жители не были одного происхождения и пришли в страну не в одно время... Между ними не было расового единства. Нельзя быть уверенным в том, что было у них религиозное единство, так как власть друидического духовенства не простиралась на всю Галлию. Наверное, не было единства политического... На пространстве между Пиренеями и Рейном можно насчитать около 90 государств (civitates). Каждое из этих государств или каждый из народов образовали обширную группу (с населением в 50 - 400 тысяч)... Народы Галлии вели войны и заключали мирные союзы как между собою, так и с чужеземцами, как это делают независимые государства. Нет указания, чтобы они должны были испрашивать в своих предприятиях согласие какого-либо центрального собрания или получали от него приказания. Никакая верховная власть не занималась разбором их ссор или их примирением. Иногда друидическое духовенство выступало в роли посредника, как позднее действовала христианская церковь относительно средневековых государей. Но, по-видимому, его влияние было мало действительно, так как войны были постоянны. Наиболее частым исходом этих войн, ежегодно обагрявших кровью страну, было покорение народов более слабых народами более сильными" (Fustel de Coulanges N.D. Histoire des institutions politiques de l'ancienne France. (1) La Gaule romaine. Paris, 1891. P. 3,9 - 10, 7 - 8,50).
Древняя Русь не представляет в этом отношении никакого исключения. И в ней наблюдается значительное число небольших государств, границы которых подвержены постоянным колебаниям. Но не только часто изменяются границы каждого государства; очень непостоянно и число этих государств: одни государства поглощаются другими, более сильными; другие распадаются на несколько самостоятельных частей.