О видах грамот и их классификации см.: Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. 4-е изд. СПб.; Киев, 1905. С. 217 - 222; Загоскин Н.П. 1) История права Московского государства. Казань, 1877. Т. I. С. 39 - 58; 2) Уставные грамоты XIV - XVI вв., с сведенным текстом их и указателем к нему. Казань, 1875. Вып. 1. С. 10 - 24; Мейчик Д.М. Грамоты и другие акты XIV и XV вв. Московского архива министерства юстиции // Оп. док. и бум. Моск. арх. мин. юст. М., 1884. Т. IV. С. 1 - 25; Литтский М. [Рец. на соч.:] Мейчик Д.М. Грамоты и другие акты... // ЖМНП. 1885. N9; Ясинский М.Н. Уставные земские грамоты Литовско-Русского государства. Киев, 1889. С. 1 - 36.
О жалованных грамотах: Горбунов А. Льготные грамоты, жалованные монастырям и церквам в XIII, XIV и XV вв. // Арх. ист. и практ. свед. М.. 1860 - 1861. Кн. I, V. VI (здесь рассмотрены все изданные до тех пор 230 грамот, дан их свод с указанием изданий, где они напечатаны; Д.М. Мейчик в назв. соч. указывает еще 110 таких грамот). Жалованные грамоты еще изданы в прил. к соч.: Горчаков М.И. О земельных владениях всероссийских митрополитов, патриарха и св. Синода. СПб:, 1871, и в изд.: Акт. Юшк. Ср. еще: Павлов-Сшъванский Н.П. 1) Иммунитет в удельной Руси // ЖМНП. 1900. Дек.; 2) Феодальные отношения в удельной Руси // ЖМНП. 1901. Июль; 1902. Янв.; 3) Феодализм в Древней Руси. СПб., 1907; Тарановский Ф. В. Феодализм в России. Критический очерк // Варшавские университетские известия. 1902. Кн. 4; Сергеевич В.И. Древности русского права. 3-е изд. СПб., 1911. Т. III. С. 291 - 304. 469 - 475; Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права. 4-е изд. СПб.; Киев, 1905. С. 292 - 298: Панков В. Льготное землевладение в Московском государстве до конца XVI в. и его политическое и экономическое значение. СПб.. 1911.
Об уставных грамотах наместничьего управления: Загоскин Н.П. Уставные грамоты XIV - XVI вв., определяющие порядок местного правительственного управления. Казань. 1875 - 1876. Вып. I - II (во 2-м выпуске дан сведенный текст всех 15 грамот); Сомов Л. Опыт систематического изложения материала уставных грамот, определяющих порядок местного правительственного управления в Московском государстве. Киев, 1914 (здесь перепечатан текст 16 грамот). Две древнейшие уставные грамоты - Двинская 1398 и Белозерская 1488 гг. - напечатаны в Хрест. Вып. 1 и 2 (с указателем). Доходные списки изданы в Актах Юшкова N 69. 75, 124. 194, 229; там же значительное число грамот, уведомляющих население о назначении наместников. Еще: Самоквасов Д. Я. Архивный материал. М., 1904. Т. 1. С. 177.
Об уставных губных и земских грамотах: Ерлыков В. Сличенный текст всех доселе напечатанных губных грамот XVI и XVII вв. // ЧОИДР. 1846. Кн. 2; Шалфеев Н. Об уставной грамоте Разбойного приказа. СПб.. 1868; Ретвих Н. Органы губного управления в XVI и XVII вв. // Сборник правоведения и общественных знаний. СПб., 1896. т VI' Шумаков С. А. 1) Губные и земские грамоты Московского государства. М., 1895 (здесь и сводный их текст); 2) Новые губные и земские грамоты // ЖМНП. 1909. N 10. Всех губных грамот издано до сих пор 15; древнейшая, Белозерская 1539 г., напечатана и в Хрест. Вып. 2, где дан их указатель. Всех земских грамот издано 14; последнею напечатана со списка грамота Устьянским волостям 1555 г. мая 23 М.М. Богословским (Богословский М.М. Земское самоуправление на русском севере в XVII в. М., 1909. Т 1 С. 287, примеч. 4); одна из более ранних, Важская 1552 г., - в Хрест. Вып. 2, где и перечень грамот. Тексты всех уставных грамот переизданы историко-филологическим факультетом Московского университета под ред. А.И. Яковлева: Наместничьи, губные и земские уставные грамоты Московского государства. М., 1909.
МОСКОВСКИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ СБОРНИКИ И УКАЗНЫЕ КНИГИ
Судебник 1497 г.
Судебник 1497 г. в единственном сохранившемся списке не носит такого названия, а имеет лишь следующий заголовок: "Лета 7006 месяца септемврiа уложилъ князь великiй Иванъ Васильевичь всея Руси съ детми своими и съ бояры о судъ, какъ судити бояромъ и околничимъ". В двух летописных заметках он назван Судебником, и это название за ним упрочилось по аналогии со вторым Судебником. Об обстоятельствах, вызвавших издание первого Судебника, и о порядке его составления ничего не известно. Лишь в одной из летописных заметок сказано, что великий князь "уложилъ судъ судити бояромъ по Судебнику Володимера Гусева". Этот дьяк в следующем же году был казнен за участие в заговоре против внука великого князя Дмитрия. Нужно думать, что с объединением государства все более ощущалась недостаточность наличных местных (указных и иных) норм, и это, естественно, навело на мысль иметь общий сборник правил для всей территории государства.
Первый опыт московского законодательства нельзя назвать удачным: Судебник 1-й очень краток и беден содержанием даже по сравнению с Русской Правдой, не говоря уже о Псковской Судной грамоте. Его содержание почти исключительно процессуальное: наметить основные начала отправления правосудия и поставить их под контроль центральной власти - вот главнейшая цель законодателя. В Судебнике идет речь сначала о суде центральном (суд бояр, окольничих, великого князя и его детей), затем о суде наместников в городах; в конце помещены немногие случайные нормы материального права под особыми заголовками: "о займехъ", "о христьанскомъ отказъ", "о чюжоземцехъ", "о изгородахъ" и пр. Такой порядок статей вызвал мысль о системе Судебника, по которой его содержание распадается на три указанные части, с 4-ю дополнительною. Едва ли, однако, уместно называть подобный порядок системою, тем более что он далеко не выдержан: среди статей о суде центральном помещена статья "о наместничъ указъ" и ряд уголовных постановлений - "о татбе", "о татехъ", "о татиныхъ речехъ", из которых только одно первое дословно повторено в отделе о суде наместников под заглавием: "о татехъ указъ". С внешней стороны статьи в подлиннике разделены заглавиями, писанными киноварью. Первые издатели памятника насчитали таких статей 36. Но не все статьи имеют заглавие; иные лишь начинаются с новой строки красною буквой; другие писаны в строку под общим заголовком с предшествующими, хотя не имеют к ним никакого отношения. Например, под заголовком "о чюжоземцехъ" сначала изложено правило о исках между чужеземцами, потом о подсудности духовенства, наконец, о порядке наследования без завещания. Впервые проф. М.Ф. Владимирский-Буданов разделил памятник на статьи по различию содержания и насчитал таких статей 68.
Источниками Судебника являются главным образом прежние юридические сборники - Русская Правда и Псковская Судная грамота, а также княжеские грамоты, определявшие порядок местного управления и суда. Из Русской Правды, несомненно, взята статья "о займехъ" (ст. 55), определяющая последствия торговой несостоятельности почти буквально словами источника. В статье "о полной грамотъ" (ст. 66) указываются источники холопства (тиунство и ключничество), известные и Правде, но с изменениями по существу и в другой редакции. Из Псковской грамоты взято до 9 статей, но с изменениями. Многое редактору Судебника казалось неясным или осталось непонятным: выражение "живота не дати" он поясняет другим - "казнити смертною казшю"; термин "истецъ" он понимает по-московски, в смысле "ищеи", и иногда дополняет его выражением "или ответчикъ", тогда как в грамоте этим термином обозначается вообще сторона в процессе, и дополнение оказывается излишним и затемняющим смысл нормы. Оригинальный институт послушества московский рецептор совершенно исказил: он знает послуха - свидетеля, который обязан явиться в суд и может нанимать за себя наймита на поединок, но в то же время берет из грамоты понятие о послухе - пособнике, который по самому существу должен был всегда действовать лично и не мог заменить себя никем другим. Такое заимствование вовлекло редактора в непримиримое противоречие. Одним из важнейших источников Судебника были уставные грамоты наместничьего управления, хотя содержание их Судебником далеко не исчерпано. Поэтому они не утратили своей силы и после издания Судебника, который предписывает в иных случаях поступать по грамотам и лишь за отсутствием их применять содержащиеся в нем постановления (ст. 38 и 44). Наконец, немногие нормы взяты из обычного права, например понятие о лихом человеке, о давности, о крестьянском отказе и др. Бедность содержания Судебника 1-го неизбежно требовала его дополнения. Из позднейших памятников известно, что вел. князь Василий Иванович издал, например, уложение о вотчинах и устав о слободах, которые не сохранились. В 1550 г. издан новый Судебник. В его заголовке сказано, что царь Иван Васильевич, "съ своею братьею и съ бояры, сесь Судебникъ уложилъ" в июне 7058 лета. Но из речи царя на Стоглавом соборе 1551 г. известно, что царь представил собору новый Судебник и уставные грамоты, просил прочесть их и рассудить и, если дело будет признано достойным, скрепить их подписями для хранения в казне. Значит, царь считал нужным получить от собора санкцию вновь составленного Судебника. Как отнесся собор к этому предложению, остается неизвестным, а потому и нельзя сказать, в какой мере точно передан в заглавии Судебника порядок его издания. Из той же речи царя раскрываются и поводы к переизданию Судебника. Царь вспоминал, что "въ предыдущее лето" он благословился у представителей церкви "Судебникъ исправити по старине".
Предыдущее лето - это 7058 год, обнимающий, по нашему счислению, период времени с 1 сент. 1549 г. по 1 сент. 1550 г. К этому году приурочивали созвание земского собора, на котором и мог быть возбужден вопрос об исправлении старого Судебника. Эта догадка находит косвенное подтверждение в сопоставлении кратких указаний об этом соборе 1549 г. (может быть, это был церковно-земский собор, приближающийся по составу к Стоглавому собору), сохранившихся, впрочем, лишь в позднейшем и интерполированном памятнике, с некоторыми новшествами Судебника 2-го. Царь говорил, между прочим, на соборе, что его бояре и вельможи впали во многие корысти и хищения, называл их лихоимцами, хищниками, творящими неправедный суд; но в то же время он признал, что всех обид и разорений, происшедших от бессудства и лихоимания властей, исправить невозможно, и просил оставить "другъ другу вражды и тяготы". На Стоглавом соборе царь подтвердил, что он заповедал боярам "помиритися на срокъ" по всем делам "со всеми христiаны" своего царства, и бояре, приказные люди и кормленщики "со всеми землями помирилися во всякихъ делехъ". Это известие толкуется в том смысле, что ввиду массы жалоб и исковых требований, предъявленных на наместников, волостелей и иных судей, правительство оказалось не в силах разобрать все эти дела судебным порядком и предписало окончить их полюбовным соглашением. Значительное же число исков на неправедный суд следует объяснить не только беспорядками боярского правления в малолетство Грозного, но и недостаточностью установленных в ограждение нелицеприятного суда правил Судебника 1-го. В нем имеются только три статьи (1, 2 и 67), которыми запрещено судьям дружить или мстить судом, брать посулы и отказывать в правосудии, а тяжущимся - давать посулы; но эти запреты не имели никакой санкции. Отсюда постоянная трудность в разрешении дел по жалобам на наместников. На этот существенный недостаток и было обращено прежде всего внимание при исправлении Судебника. Царь указал Стоглавому собору, что он "Судебникъ исправилъ и великие заповеди написалъ, чтобы то было прямо и бережно и судъбы былъ праведенъ и безпосулно во всякихъ делехъ". Это указание вполне подтверждается сравнением нового Судебника со старым: в нем, вместо прежних трех статей без всякой санкции, помещено до 10 статей (3 - 8, 11, 32 - 34), установляющих наказания за неправильные обвинения, посулы и отказ в правосудии, и до 5 статей (44, 47, 54, 66, 74), облагающих наказаниями различные неправильности в судопроизводстве. В этом заключается одно из существенных отличий нового Судебника.