______________________
После издания Судебника 2-го вплоть до Уложения не было никаких попыток кодифицировать накопившиеся указы и привести их в согласие с Судебником. Таково было до недавнего времени общее мнение. Но в 1900 г. издан был Комиссией печатания государственных грамот при Московском архиве Министерства иностранных дел, по списку поступившего в Архив собрания бумаг Ф.Ф. Мазурина, "Судебник царя Феодора Иоанновича 1589 г.". Немногие литературные заметки и мнения об этом памятнике согласно не признают за ним законодательной силы. Но одни считают его официальным проектом, не получившим законной санкции, другие частною работою юридически мало приготовленного грамотея, желавшего приспособить Судебник к современным и местным условиям. Но и при взгляде на этот памятник как на частную литературную работу за ним признается важность, ввиду того что в нем содержатся указания на некоторые обычные нормы северной земледельческой Руси. Имеются даже несомненные указания, что памятник получил практическое значение и применялся в суде излюбленных судей в половине XVII в.
Литература
Текст памятника перепечатан: Хрест. Вып. 2. Первоначальному изданию предпослано предисловие нашедшего этот памятник С.К. Богоявленского и мнение проф. В.О.Ключевского: ср. еще: Лонгшов А. В. Значение Судебника, царя Феодора Иоанновича // Вестник права. 1900. Ноябрь; Владимирский-Буданов М.Ф. Судебник 1589г. Его значение и источники. Киев, 1902; Богословский М.М 1)К вопросу о Судебнике 1589 г. // ЖМНП. 1905. N 12; 2) Еще к вопросу о Судебнике 1589 г // ЖМНП. 1915. N 12.
Соборное Уложение царя Алексея Михайловича 1649 года
Возникновение вопроса о новой кодификации в половине XVII в. объясняется прежде всего целым рядом общих причин. Со времени издания 2-го Судебника протекло целое столетие, в течение которого Московское государство испытало серьезные потрясения и крупные перемены. Смутное время оставило новому московскому правительству тяжелое наследие: расшатанность общественных связей, разорение населения и совершенно расстроенное финансовое положение. С первых же шагов и в течение многих лет пришлось напрягать все скудные государственные и общественные силы для ограждения от внутренних и внешних врагов. При таких условиях восстановление нормального порядка в сфере управления и суда являлось задачей чрезвычайной трудности. Злоупотребления властью со стороны правителей и судей совершались с полной беззастенчивостью; Центральная власть была против них бессильна. Это в значительной мере обусловливалось состоянием тогдашнего законодательства. Установленный во 2-м Судебнике порядок почина законодательных вопросов вызвал крайнюю казуистичность указов и боярских приговоров, и это их несовершенство усугублялось еще тем, что законодательная власть легко могла впадать в противоречия со своими ранее изданными решениями. На такой казуистической почве законодательство развивалось в течение целого столетия.
Несовершенства законодательства и связанные с ними злоупотребления судей всею тяжестью падали на беднейшие классы служилого и тяглого населения. Естественно поэтому, что из их среды идут ходатайства об упорядочении правосудия. Об этом просят дворяне и дети боярские разных городов в 1637 г.: "Вели, государь, давать намъ судъ въ городехъ, въ кою пору намъ мочно бить челомъ, какъ намъ твоей государевой службы неть, и вели, государь, выбрать въ городехъ изъ дворянъ и изъ земскихъ людей, и вели насъ судить въ городехъ по своему государеву указу и по своей государеве улаженной судебной книге для нашей бедности и разоренья и для дальново пути и для московские волокиты и проести, чтобы тебе, государю, оть насъ докуки не было, а мы бе съ московские волокиты въ конецъ не погибли и оть московскихъ всякихъ чиновъ силныхъ людей и оть монастырей и отъ всякихъ властей въ продаже не были, и чтобы намъ отъ ихъ продажи и насилства въ конецъ не погинуть и твоей бы царьской службы впредь не отбыть". Точно так же в челобитье 1641 г. дворян и детей боярских "розныхъ городовъ всею землею" выражена просьба, чтобы "государь их пожаловалъ, въ техъ обидахъ и въ насильствахъ крестьянскихъ велелъ свой государевъ указъ учинить, а велелъ ихъ во всякихъ делехъ судить по судебнику блаженны памятi царя i великого князя Iвана Василиiвiча всеа Русiи, и за ихъ за судными и за всякими спорными делы велелъ бы государь сидеть в полате бояромъ, а не въ судныхъ приказехъ... А которые судьи учнуть судiть не по правде, и съ теми бъ судьями в-ыхъ неправедныхъ судехъ велелъ бы государь передъ бояры давати очные ставки. И со всякими людиi велелъ бы ихъ государь судiть на Москвъ i въ городехъ безсрочно, а на нихъ бы велелъ государь искатi, где хто судимъ. И посулы бъ государь велелъ вывесть. А которые их братья, не по правде обинены и поместьями ихъ i вотчинами сильные люди у нихъ завладели не по праведному суду и сыску, i въ томъ бы государь пожаловалъ велелъ судъ и сыскъ датi" (Смирнов П. П. Челобитные дворян и детей боярских всех городов в первой половине XVII в. // ЧОИДР. 1915. Кн. 3. С. 39, 43). Сколь ни разнородны изложенные в двух челобитьях дворянские пожелания, сколь ни странны на первый взгляд некоторые из них (например, судиться по Судебнику 1550 г.), но оба проникнуты одним стоном о вопиющей неправде, царящей в судах. Царский указ 23 июля 1641 г. ввел лишь изменения в правила о сыске беглых и вывозных крестьян, но совершенно не затронул общего вопроса о восстановлении правого суда.
Иначе пришлось отнестись к делу в 1648 г. Этот год был для молодого царя и его ближайших советников первым из самых тяжелых. Со 2 июня возникли в Москве и по другим городам серьезные народные волнения. В Москве они сопровождались открытым бунтом с убийствами и поджогами. Поводом к открытому мятежу послужил резкий отказ принять челобитные из среды многочисленной толпы, окружавшей путь богомольного шествия царственной четы. Раздраженная толпа ворвалась в Кремль, проникла до самого дворца и даже причинила насилия высланным для успокоения ее царедворцам. Современные рассказы передают о том, что "невежливымъ обычаемъ пришли и ко государеву двору и на дворце шумели", "приходили к государеву двору съ невежливымъ челобитьемъ", "съ великимъ невежествомъ", "съ жестокимъ челобитьемъ на Левонтья Плещеева". Ни одна из подлинных челобитных не сохранилась. Содержание их современники передают различно; вероятно, они и не были тождественны. Недавно опубликован шведский перевод одной из них, приложенный к донесениям шведского резидента Поммеренинга, с обратным русским переводом. Содержание челобитной свидетельствует, что она была обдумана и подготовлена весьма обстоятельно и заблаговременно. Первой жертвой народной ненависти пал дьяк Назарий Чистой, которому припомнили тяжкий соляной налог, введенный 7 февр. 1646 г. и отмененный 17 февр. 1648 г. На следующий день волнения не утихли, и царь, "видя въ Mipy такое великое смятеше", приказал выдать толпе судью Земского приказа Л. Плещеева, который и был убит. Но толпа требовала выдачи "заступниковъ ево единомысленнковъ" боярина Бориса Морозова и окольничего П. Траханиотова. "Чтобъ мiромъ утолилися", выслано было на Лобное место духовенство во главе с патриархом, пользовавшиеся народною любовью бояре Н.И. Романов, кн. Д.М. Черкасский, кн. М.П. Пронский и многие дворяне. Толпе дано было обещание выслать из Москвы Морозова и Траханиотова с тем, что ни у каких дел им впредь не бывать. "И на томъ государь царь къ Спасову образу прикладывался, и Мiромъ и всею землею положили на ево государьскую волю". Однако ночью на 4 июня возникли поджоги, приписанные молвою людям Морозова и Траханиотова; Москва серьезно пострадала от пожара. Требования выдачи ненавистных временщиков возобновились; испуганный царь пошел на уступку: приказал вернуть выехавшего из Москвы Траханиотова и его выдать толпе, "а Бориса Морозова государь царь у мiру упросилъ, что ево сослать въ Кириловъ монастырь на Белоозеро, а за то ево не казнить, что онъ государя царя дятка, вскормилъ ево государя", под условием полного устранения от власти. "На томъ мiромъ и всею землею государю царю челомъ ударили и въ томъ во всемъ договорилися".
До недавнего времени ничего не было известно о ходе дальнейших событий до половины июля 1648 г. В 1913 г. П.П. Смирнов опубликовал найденные им документы по истории Уложения и земского собора 1648 - 1649 г. (ЧОИДР. 1913. Кн. 4. Смесь; ЖМНП. 1913. N 9). Самым важным из них является память 16 июля 1648 г. из вновь учрежденного "приказа бо-яръ" в Новгородскую Четверть. Чтобы оценить значение этого документа, необходимо принять во внимание указанное в предисловии к Уложению известие, что 16 июля 1648 г. царь, когда ему шел 20-й год, по совещании с освященным собором и думою, поручил собрать и подготовить материал для нового сборника законов особому приказу в составе двух бояр - кн. Н.И. Одоевского и кн. С.В. Прозоровского, окольничего кн. Ф.Ф. Волконского и двух дьяков - Г. Леонтьева и Ф. Грибоедова, "чтобы Московского государьства всякихъ чиновъ людемъ, оть болшаго и до меншаго чину, суд и расправа была во всякихъ дълъхъ всемъ равна". На том же совещании, как сообщает далее предисловие, решено было созвать земский собор, "чтобы его государево царьственное и земское дело съ теми со всеми выборными людьми утвердити и на меръ поставить, чтобы те все велиюе дела по нынешнему его государеву указу и соборному уложенью вепредь были ничемъ нерушимы". Эти сведения не были заподозрены в тенденциозной передаче событий, хотя многое из дальнейших указаний предисловия оставалось не вполне ясным. Теперь из названной памяти вскрывается, что еще 10 июня государю били челом дворяне московские, жильцы, дворяне и дети боярские городовые, иноземцы, гости и гостиные и суконные разных сотен и слобод торговые люди, "чтобъ государь ихъ пожаловалъ, велелъ учинить соборъ и быти бъ на соборе патриарху i властемъ, и бояромъ и думнымъ людемъ, и указалъ бы государь быти на соборе изъ стольниковъ, и изъ дворянъ московскихъ, и изъ жилыювъ, и из городовыхъ дворянъ и детей боярскихъ выборнымъ лутчимъ людемъ. И они на соборе учнуть бить челомъ о всякихъ своихъ делехъ". Отсутствие указания на призыв выборных от гостей и всяких торговых людей, конечно, простая приказная недописка, так как они принимали участие в челобитье 10 июня и присутствовали на соборе, как видно из дальнейшего. "И по государеву указу былъ у него государя соборъ въ Столовой избе". На нем по обычаю присутствовали освященный собор и боярская дума, "да на соборе же были стольники и дворяне московские и жильцы, да дворяне и дети боярские первыхъ половинъ Замосковныхъ городовъ, которые ныне на Москве, и нынешняго лета быти имъ на государеве службе на Украине, по два человека изъ города; да на соборе жъ были гости и гостиные и суконные i всякихъ розныхъ сотенъ и слободъ лутчие люди". Такое случайное выборное представительство как городовых служилых людей, так в особенности торгово-промышленного населения, так как городовые посадские люди, по-видимому, на собор совсем не попали, не помешало признать все собрание земским собором.
Когда же он состоялся и как долго длился? Точного ответа на этот вопрос не дает и новый документ. Хронологические грани его намечаются челобитьем 10 июня и памятью 16 июля. Но никак нельзя принять указание, что собор имел место 16 июля. В этот день состоялся лишь указ во исполнение принятого на соборе решения; собор же открылся несомненно раньше и мог длиться не один день. Из памяти явствует, что на соборе били челом государю перечисленные выборные чины (здесь упомянуты и иноземцы, принимавшие участие и в челобитье 10 июня) "о всякихъ своихъ делехъ и о томъ, чтобъ указалъ государь написать на всякие розправные дела Судебникъ и Уложенную книгу, чтобъ впередъ по той Уложенной книге всякие дела делать и вершить". По-видимому, заседания собора были длительными, быть может, даже с перерывами. О каких "всякихъ своихъ делахъ" просили служилые и торговые люди, можно только догадываться. Но самым важным и бесспорным решением собора было постановление об издании Уложения.