-- Чудесно! -- воскликнул хозяин. -- Если бы вы только подозревали каким аравийским бальзамом являются для меня ваши слова! Недаром я поджидал вас весь вечер. Вы буквально спасаете меня. Повторяю вам, мой молодой друг -- позвольте мне так называть вас -- повторяю вам, что наступит время, когда человечество поклонится бедному еврею и скажет: "Прости нас... прости нас", но... -- тут Михаил Иосифович болезненно искривил лицо, собрал морщины на своем древнем лбу и осторожно осведомился:
-- Но... но почему вы полагаете, что евреи, действительно, избранный народ?
Марк Липшиц поднес ко рту стакан с вином и увидел лицо хозяина, искаженное вогнутостью стекла. Рот был чудовищно раздвинуть, глаза сужены и лицо походило на отвратительную, неслышно хохочущую маску: против него сидело нечеловеческое страшилище и смеялось над ним.
-- Еврейство избранный народ, -- ответил Липшиц, -- и это инстинктом чувствует каждый еврей на всем земном шаре где бы он ни был... Еврейство избранный народ потому, что у него есть миссия.
-- Какая миссия? -- живо спросил хозяин.
-- Какая миссия? -- одновременно произнес гость. -- Единственная и высокая миссия -- укрепить жизнь в духе, освободить от зависимости вещей, уничтожить все перегородки и рамки, все, что может мешать свободному существованию в духе.
-- А! -- восхищенно крякнул Слязкин. -- Это просто поразительно!
-- Самая страшная и упорная война -- с предметами, с миром вещей, с материей. Еврейство докажет, что того мира, который все видят, слышат и осязают -- не существует.
-- Не существует, -- согласился хозяин.
-- А существует тот мир, которого нельзя видеть и слышать.