-- Слязкину? -- неожиданно для себя проговорил Нил.
-- Да. Откуда вы узнали? Может, даст работу. Совсем плохо. Но не в том дело.
-- Я вас всегда любил, Марк Липшиц, -- сказал Нил. -- Помните, я дразнил вас, когда был мальчиком, и кричал: "жид".
-- Ничего -- равнодушно отозвался Липшиц.
-- Должно быть, я тогда завидовал вам. В вас есть удивляющее спокойствие, но в то же время вы фантаст. Я вас люблю, Липшиц. Сегодня для меня многое должно стать ясным -- в этом тумане. Такой странный туман! Вам плохо живется? Знаете, а мне не жаль вас. Странно? Других жаль, а вас нет. Вам идет то, что вам плохо живется.
Липшиц усмехнулся толстыми, плотоядными губами.
-- Это вы хорошо сказали.
-- Когда у вас будет покой, вы потеряете свое удивляющее спокойствие, Липшиц.
-- Что с вашим братом, Нил? Прекрасная, ясная голова. Его погубит гипертрофия сердца. Слишком большое сердце -- это вредно.
-- Скажите обо мне. Вы умный человек.