Въ то время, когда дю-Канъ посѣтилъ убѣжище для безпріютныхъ, въ немъ было И5 женщинъ, и это число составляетъ приблизительно среднюю цифру. Помѣщеніе, какъ было уже замѣчено, тѣсно, содержаніе скромно, разумѣется, но вполнѣ удовлетворительно. Расходы въ 1883 году равнялись 59,628 франкамъ (въ томъ числѣ 8,500 франковъ за наемъ помѣщенія и выдача бѣльемъ и одеждою на 8,300 фр.). Заработокъ живущихъ въ пріютѣ не превышаетъ 19,000 франковъ. Правительство республики выдаетъ убѣжищу пособіе въ нѣсколько тысячъ франковъ. Все остальное получается путемъ частной благотворительности.
Кромѣ пріюта, свѣдѣнія о которомъ нами сообщены, въ Парижѣ существуетъ еще нѣсколько ночлежныхъ домовъ, основанныхъ людьми, ясно понимающими весь ужасъ положенія бездомнаго человѣка. Въ средніе вѣка такіе дома учреждались монашескими орденами. Всѣ они закрылись въ давнее время и возобновленіе этого рода благотворительной дѣятельности относится уже, къ нашимъ днямъ. Въ 1872 году ночлежный домъ былъ открытъ въ Марсели и результаты получились весьма утѣшительные. Среди нѣкоторыхъ парижанъ, по почину графа Амедея Декарса (conte Amédée Des Cars), возникла мысль устроить подобный домъ въ Парижѣ. Надо было получить разрѣшеніе отъ полицейской префектуры. Одинъ изъ видныхъ парижскихъ чиновниковъ, Лекуръ; самъ написавшій хорошую книгу о благотворительности въ Парижѣ (La charité à Paris, 1876), принялъ живое участіе въ новомъ филантропическомъ предпріятіи, во главѣ котораго стоялъ баронъ Ливуа (de Livios). Разрѣшеніе было дано съ тѣмъ, чтобы ночлежный домъ давалъ убѣжище только по ночамъ и въ теченіе лишь трехъ дней для каждаго. Основатели пожертвовали около 50,000 франковъ и пріискали подходящее помѣщеніе на одной изъ окраинъ Парижа. 2 іюня 1878 года первый парижскій ночлежный домъ былъ открытъ. Въ немъ было двадцать кроватей. 11 іюня явилось уже тридцать семь человѣкъ, просившихъ ночлега, и шестнадцать изъ нихъ должны были спать на полу. Вѣсть о ночномъ пріютѣ быстро распространилась по Парижу, и черезъ мѣсяцъ пришлось удвоить число кроватей. Печать заговорила о благодѣтельномъ учрежденіи, стали притекать пожертвованія, и 8 октября 1878 года число кроватей достигло въ ночлежномъ домѣ 105. Врачи предложили безвозмездно свои услуги, большіе магазины прислали постельныя принадлежности и т. д. Въ это время въ Парижѣ умиралъ человѣкъ оригинальнаго характера, крайне недовѣрчивый и благотворительный, въ одно и то же время. Онъ прочелъ въ газетѣ извѣстіе о ночлежномъ домѣ и пожертвовалъ немедленно 15,000 франковъ на учрежденіе новаго такого же пріюта. На эти деньги, данныя Боденомъ-де-Ламазъ (Beaudenom de Lamaze), было нанято помѣщеніе, которое уступила извѣстная книгопродавческая фирма Гашеттъ, потерявши при этомъ 11,000 франковъ (помѣщеніе было передъ тѣмъ нанято на четыре года за 26,000 франковъ, по 6,500 франковъ ежегоднаго платежа). 12 іюня 1879 года открылся, такимъ образомъ, второй въ Парижѣ Ночлежный домъ, названный домомъ Ламаза. Послѣдній пожертвовалъ для него, кромѣ 15,000 франковъ, еще 100,000 франковъ при жизни и оставилъ на упроченіе дѣла, по завѣщанію, 111,000 франковъ. Два дома вмѣстѣ давали пріютъ тремъ стамъ бѣднякамъ. Благодаря новымъ пожертвованіямъ, вскорѣ былъ открытъ третій ночлежный домъ. Декретомъ президента французской республики отъ 11 апрѣля 1882 года общество, устраивавшее ночлежные дома, признано имѣющимъ общественно-полезное значеніе и ему предоставлены права юридическаго лица.
На ночлегъ принимаютъ съ 7 часовъ до 9 вечера (дозволяютъ ночевать и нѣсколько запоздавшимъ). Тѣ, которые приходятъ пораньше, читаютъ книги изъ маленькой библіотеки, находящейся при ночлежномъ домѣ, другіе пишутъ письма и т. п. Бумага, чернила и марки доставляются безвозмездно благотворительнымъ обществомъ, и на это истрачено въ 1883 году 482 франка (3,218 писемъ). Съ 8 часовъ, въ присутствіи управляющаго домомъ, каштана, какъ его обыкновенно называютъ, всѣ имѣющіе и не имѣющіе документовъ записываются въ очередный списокъ; каждому выдается дощечка съ нумеромъ кровати. При этомъ капитанъ раздаетъ голоднымъ бѣднякамъ по доброму куску хлѣба/ Извѣстная, довольно значительная сумма денегъ расходуется для дезинфекціи одежды ночующихъ. Теплая вода всегда готова для ихъ омовенія. Поутру мытье обязательно для жильцовъ ночлежнаго дома. Мыло дается даромъ. Нечего и говорить, какой разнообразный людъ ищетъ пристанища въ домахъ, основанныхъ чисто-гуманнымъ стремленіемъ. Сюда являются и старики, и мальчики, и люди съ отвратительнымъ прошлымъ, и несчастливцы, случайно оставшіеся безъ заработка на улицахъ великаго города. Максимъ дю-Канъ встрѣтилъ въ одномъ изъ ночлежныхъ домовъ молодаго человѣка, имѣющаго степень баккалавра словесности (bachelier ès lettres). Онъ родился въ Люксембургѣ и явился въ Парижъ съ большими надеждами, съ знаніемъ французскаго, англійскаго, нѣмецкаго и голландскаго языковъ. Бѣднягѣ не посчастливилось, всѣ припасенныя имъ деньги были истрачены и молодому человѣку оставалось только постучаться въ дверь ночлежнаго дома. И опять большинство нуждающихся оказывается провинціалами; изъ 1.985 именъ, пересмотрѣнныхъ Дюканомъ, только 319 принадлежали парижанамъ. Преобладаютъ въ ночлежныхъ домахъ молодые люди. Въ числѣ пожертвованій особенно трогательно видѣть маленькія суммы, присылаемыя рабочими при письмахъ, въ которыхъ выражается горячее сочувствіе доброму дѣлу. Знаменитый художникъ Мейссонье, устроивъ выставку своихъ картинъ, пожертвовалъ четыре пятыхъ сбора на ночлежные дома (одна пятая была назначена имъ для бѣдныхъ въ Пуасси).
Интересныя свѣдѣнія сообщилъ дю-Канъ и о дѣятельности парижскаго Человѣколюбиваго обществъ (la Société philanthropique). Это общество было основано въ 1780 году, подъ вліяніемъ идей Жанъ-Жака Руссо, и ставило себѣ довольно неопредѣленныя задачи. Революція разрушила общество, но- оно возстановилось въ восьмой годъ первой республики и съ тѣхъ поръ не прерывало своей полезной дѣятельности {Въ 1883 году Человѣколюбивое общество роздало, между прочимъ, 2.876,168 порцій для бѣдныхъ.}. Въ то время, какъ открывался въ Парижѣ ночлежный домъ для мужчинъ, Человѣколюбивое общество, по иниціативѣ одного изъ своихъ сочленовъ, Наста (Nast), озаботилось о ночномъ убѣжищѣ для женщинъ, которое было открыто 20 мая 1879 года. Правительство отдаетъ подъ него за ничтожную сумму (50 франковъ въ годъ) принадлежащій управленію общественной благотворительности домъ. Во главѣ женскаго ночлежнаго дома стоитъ госпожа Орни (Horny). И здѣсь стараются пріискать занятія бѣднымъ женщинамъ, что отчасти и удается: изъ 16,897 женщинъ, бывшихъ въ ночлежномъ домѣ съ 26 мая 1879 года по 31 декабря 1883 года, для 2,629 былъ найденъ надежный заработокъ. Многія изъ женщинъ приходили въ ночлежный домъ съ дѣтьми и для такихъ женщинъ устроена особая спальня на средства, предоставленныя съ этою цѣлью госпожею Оттингеръ (Hottingner). И здѣсь повторяется уже нѣсколько разъ отмѣченное нами явленіе: подавляющее большинство являющихся въ ночлежный домъ женщинъ не уроженки Парижа. Имъ даютъ поужинать, а на другой день позавтракать, вычищаютъ ихъ одежду, въ необходимыхъ случаяхъ выдаютъ новую, какъ и въ мужскихъ ночлежныхъ домахъ.
Однажды въ женскій ночлежный домъ зашелъ человѣкъ, извѣстный своимъ добрымъ сердцемъ, Эмиль Тома. Онъ внимательно осмотрѣлъ помѣщеніе, поглядѣлъ на женщинъ, которыя ищутъ въ немъ пріюта, и ушелъ, пожертвовавши двадцать франковъ. Вскорѣ Эмиль Тома умеръ. Оказалось, что онъ оставилъ по завѣщанію 200,000 франковъ въ пользу убѣжища для безпріютныхъ женщинъ. Вслѣдъ затѣмъ m-lle Камила Фавръ (Camille Favre) пожертвовала для этой же цѣли 120,000 франковъ. На эти средства открыты два новыхъ ночлежныхъ дома для женщинъ, при одномъ изъ которыхъ учреждена дѣтская лечебница, гдѣ даромъ осматриваютъ дѣтей и даромъ же даютъ имъ лѣкарства.
Несмотря на множество благотворительныхъ учрежденій, которыя существуютъ въ Парижѣ, нищета и болѣзнь требуютъ новыхъ и энергическихъ усилій для борьбы съ ними. Особенно настоятельна потребность спасти дѣтей отъ ужасающей будущности, придти къ нимъ на помощь въ то время, когда горькая нужда не изнурила еще ихъ силы, не натолкнула ихъ еще на путь разврата и преступленія, и Максимъ дю-Канъ горячо взываетъ о помощи всѣмъ обездоленнымъ и погибающимъ. Онъ указываетъ, вмѣстѣ съ тѣмъ, и на тѣ великія услуги, какія принесла уже въ Парижѣ частная благотворительность. Нельзя безъ ужаса подумать, что было бы съ столицею Франціи, еслибъ въ ней закрылись упомянутые нами пріюты, богадѣльни, ночлежные дома. Французскій публицистъ съ понятнымъ удовольствіемъ отмѣчаетъ, какъ много дѣлается въ Парижѣ для бѣдныхъ, и добрый примѣръ великаго города не долженъ остаться безъ полезнаго вліянія на другіе европейскіе города.
" Русская Мысль", кн. V -- VI, 1885