Въ мастерской общины дю-Канъ нашелъ двадцать работницъ, въ возрастѣ ютъ 25 до 50 лѣтъ, большею частью слѣпыхъ отъ рожденія. Нѣкоторыя ослѣпли въ младенчествѣ, отъ болѣзни, у другихъ глаза были выклеваны прирученными птицами, третьи лишились зрѣнія уже взрослыми. Одна изъ такихъ несчастныхъ была жертвою преступленія: въ нее выстрѣлилъ молодой парень, за котораго она отказывалась выйти замужъ. Другую четырнадцатилѣтнею дѣвочкою ослѣпила безумная мать.
Въ трехъ классахъ училища слѣпыя дѣвочки учатся читать и писать, а также вязать. Чтенію обучаютъ по систѣмѣ Луи Брайль (Louis Braille) {Рельефныя точки соотвѣтствуютъ азбукѣ, числамъ и т. д.}. Дю-Канъ описываетъ изобрѣтеніе графа Бофора (comte de Jau de Beaufort), позволяющее слѣпымъ писать такимъ образомъ, что написанное читаютъ зряще глазами, а слѣпые ощупью. За подробностями отсылаемъ къ книгѣ дю Кана (стр. 386--387) {Очень замѣчателенъ и приборъ, изобрѣтенный для письма слѣпымъ Фуко (Foucaut), о которомъ говоритъ дю-Канъ на 385--386 стр. своей книги.}. Сестрамъ приходится иной разъ бороться съ безсердечіемъ родителей, за которыхъ стоитъ безжалостная буква закона и которые хотятъ изъ несчастія ребенка извлекать, прося милостыню, доходъ для себя.- При общинѣ находится особая школа, куда являются для обученія слѣпыя дѣти достаточныхъ родителей.
Отмѣтимъ, что при общинѣ, находится маленькая типографія, гдѣ слѣпыя работницы печатаютъ книги для слѣпыхъ. Здѣсь Морисъ де-ла-Сизераннъ (Maurice de la Sizeranne) печатаетъ для слѣпыхъ (онъ самъ ослѣпъ въ дѣтствѣ) повременное изданіе Le Louis Braille. Другой издаваемый Сизеранномъ журналъ Le Valentin Haüy назначенъ для зрячихъ, которымъ слѣпой редакторъ объясняетъ нужды лишенныхъ зрѣнія. Дю-Канъ надѣется, что это дѣло разовьется и что сестры общины св. Павла будутъ въ состояніи обнаружить такую же дѣятельность, какъ лондонское общество для распространенія образованія среди слѣпыхъ и для пріисканія имъ занятій (British and foreign blind association for promoting the edication and employement of the blind).
Въ общинѣ слѣпыхъ сестеръ си: Павла находились, въ то время, когда осматривалъ ее дю-Канъ, семьдесятъ слѣпыхъ. Всѣхъ слѣпыхъ во Франціи считается болѣе 31,600, изъ числа которыхъ, вѣроятно, не- менѣе одной трети женщинъ. 25,000 слѣпыхъ принадлежатъ къ недостаточнымъ или совсѣмъ бѣднымъ классамъ населенія. Несмотря на существованіе общины св. Павла и другихъ благотворительныхъ учрежденій для слѣпыхъ, въ этомъ отношеніи во Франціи остается сдѣлать еще многое.
Наряду со всѣми упомянутыми филантропическими обществами и учрежденіями, которыя имѣютъ въ виду устранить постоянное зло или облегчить хроническій недугъ, во Франціи существуютъ и общества съ иными благотворительными цѣлями. Эти послѣднія приходятъ на помощь человѣку при временной нуждѣ или при несчастной случайности. Въ Парижъ, напримѣръ, многіе~приходятъ искать заработка. Ихъ захватываетъ здѣсь безденежье. Не имѣя ни пристанища, ни хлѣба, такіе люди могутъ по неволѣ рѣшиться на преступленіе, чтобы добыть денегъ, чтобы утолить голодъ и заплатить за ночлегъ. Максимъ дю-Канъ, изучая парижскіе вертепы, постоянно встрѣчалъ въ нихъ загнанныхъ нищетою и не совершившихъ еще никакого преступленія людей, которыхъ полиція, очищая притоны, выпускала на свободу, но которымъ некуда было дѣваться. Отчего бы не построить для такихъ бѣдняковъ, спрашивалъ дю-Канъ, ночлежныхъ домовъ (dortoirs publics)? Но ему возражали, что въ Парижѣ каждый день скопляется 50 или 60,000 человѣкъ, не знающихъ куда преклонить голову, что въ этомъ отношеніи провинція наводняетъ столицу Франціи. Для жителей и маленькихъ городковъ, и тихихъ деревенскихъ уголковъ Парижъ представляется неистощимымъ источникомъ свѣта, счастья и богатства. За эту мечту очень многимъ приходится горько расплачиваться, теряя въ борьбѣ изъ-за куска хлѣба здоровье, человѣческое достоинство и совѣсть. Въ особенности ужасно бываетъ находиться въ подобномъ положеніи женщинѣ. Черною работою женщина можетъ зарабатывать въ Парижѣ, среднимъ числомъ, два франка въ день; на эти деньги трудно существовать, а сбереженія совершенно невозможны, и временная потеря работы или болѣзнь приносятъ съ собою голодъ въ буквальномъ смыслѣ послѣдняго слова. Мы очень прислушались къ этому слову и оно не дѣйствуетъ на насъ безъ соотвѣтствующаго описанія; но всякое описаніе блѣдно передъ дѣйствительнымъ ужасомъ такого состоянія.
Частная благотворительность пришла на помощь и въ данномъ случаѣ. Былъ основанъ ночлежный домъ, куда могли приходить безпріютныя женщины. Нѣсколько великосвѣтскихъ дамъ Парижа, убѣдившись въ томъ, что мало пользы давать ночлегъ лишеннымъ работы и всякихъ средствъ женщинамъ, собрали необходимую сумму денегъ и наняли довольно обширное помѣщеніе на G rande- Rue d'Auteuil. Здѣсь бездомныя женщины могли оставаться въ теченіе трехъ мѣсяцевъ. Въ это время ихъ обучали мастерству и пріискивали имъ занятіе. Управленіе домомъ ввѣрено было сестрамъ монашеской общины (la communauté des religieuses de Notre-Dame du, Calvaire). Община эта возникла, въ 1833 году, въ Керси (Quercy), благодаря усиліямъ аббата Бонома (Bonhomme), и трудится, между прочимъ, на пользу глухо-нѣмыхъ.
Просматривая записи нашедшихъ пріютъ въ ночлежномъ домѣ, дю-Канъ убѣдился, что и въ этомъ случаѣ главнымъ поставщикомъ обездоленныхъ является не Парижъ, а провинція: изъ двухъ сотъ женщинъ, поступившихъ въ ночлежный домъ въ ближайшее къ посѣщенію этого дома дю-Какомъ время, было только тридцать пять парижанокъ по рожденію.
Какъ только женщину принимаютъ въ пріютъ, ее немедленно раздѣваютъ и отправляютъ въ ванну. Грязныя лохмотья, въ которыхъ пришла несчастная, очищаются и, по мѣрѣ возможности, приводятся въ благообразный видъ. Въ пріютѣ даютъ чистое бѣлье и одежду. Многіе протестуютъ противъ мытья, доказывая, что у нихъ нѣтъ никакой болѣзни. Иныхъ не удается убѣдить въ пользѣ и необходимости чистоты тѣла, и такимъ прямо заявляютъ, что онѣ обязаны подчиниться правиламъ благотворительнаго учрежденія. Въ длинномъ дортуарѣ разставлены кровати, въ числѣ которыхъ нѣсколько дѣтскихъ. Въ пріютъ являются иной разъ женщины съ ребенкомъ на рукахъ, и, принимая мать, нельзя отказать въ пріемѣ ея ребенка. Пріютъ (Hospitalité du travail) затруднялся въ средствахъ для содержанія такихъ дѣтей- но дочери парижанъ, воспитывающіяся въ дорогихъ пансіонахъ столицы, въ теченіе нѣсколькихъ лѣтъ складываются и доставляютъ пріюту необходимыя средства.
Въ теченіе 1881, 1882 и 1883 годовъ въ ночлежный домъ было принято 7,534 женщины, изъ которыхъ для 3,653 были найдены занятія. Въ настоящее время получаютъ мѣста до двухъ третей поступающихъ въ пріютъ женщинъ. Въ три названные года 1,815 женщинъ, которыя выписались изъ разныхъ больницъ, окончательно возстановили свои силы въ пріютѣ и полумили возможность возобновить честную, трудовую жизнь. Максимъ дю-Канъ разсказываетъ одинъ случай, который выходитъ и, въ ряда обыкновенныхъ и свидѣтельствуетъ, какими удивительными фактами полна дѣйствительная жизнь. Въ мартѣ 1883 года въ убѣжище для слѣпыхъ (Hospice des Quinze-Vingts) явилась прямо со станціи ліонской желѣзной дороги слѣпая двадцатидевятилѣтняя дѣвушка, Филиппина Б. Ее не приняли въ убѣжище, въ которое могутъ поступать только лица старше сорока лѣтъ. У Филиппины не было въ Парижѣ ни родныхъ, ни знакомыхъ, не было у нея и денегъ. Слѣпая дѣвушка была отправлена въ полицейскую префектуру, которая временно помѣстила ее у сестеръ Маріи-Іосифа. Оказалось, что Филиппина родилась (слѣпою) въ Аяччіо отъ неизвѣстныхъ родителей. Раннее дѣтство она провела у кормилицы, куда ее отдали, а потомъ городъ Аяччіо помѣстилъ Филиппину въ тулузскій пріютъ для слѣпыхъ. Двадцати шести лѣтъ она возвратилась на родину, разсчитывая жить здѣсь уроками слѣпымъ дѣтямъ. Разсчетъ не оправдался, и Филиппина впала въ нищету. Ее пріютила тогда добрая женщина. Филиппина обратилась къ министру внутреннихъ дѣлъ, прося для себя мѣсто наставницы въ одномъ изъ училищъ для слѣпыхъ. Ей отвѣтили, что нѣтъ свободнаго мѣста. Филиппина рѣшилась послѣ этого сама ѣхать въ Парижъ: она думала, что достаточно ей лично побесѣдовать съ министромъ внутреннихъ дѣлъ, и она добьется учрежденія убѣжища для слѣпыхъ въ Корсикѣ. Эта мысль овладѣваетъ несчастною дѣвушкой, и она совершила ту безразсудную поѣздку, о которой было упомянуто. Парижская префектура навела по телеграфу справки въ Аяччіо. Отвѣтъ получился самый благопріятный для Филиппины Б., и тогда ее отвезли въ пріютъ для трудящихся (Hospitalité dn travail) Само собою разумѣется, что она осталась въ этомъ пріютѣ и по истеченіи узаконеннаго трехмѣсячнаго срока. И это далеко не единственный случай, когда мѣсто временнаго и непродолжительнаго пребыванія обращается въ постоянный пріютъ для несчастныхъ, лишенныхъ заработка, здоровья и всякихъ жизненныхъ надеждъ. Къ сожалѣнію, помѣщеніе тѣсно (за него платятъ 8,500 франковъ въ годъ) и средства пріюта вообще недостаточны, а нужда все растетъ.
Пріютъ имѣетъ свою мастерскую, гдѣ работаютъ всѣ, способныя къ какому-либо женскому ремеслу. Правила ночлежнаго дома не строги. Изъ него дозволяется уходить на опредѣленное время, но не въ заранѣе назначенные сроки. Послѣднее дѣлается для того, чтобы устранить возможность разныхъ предосудительныхъ уговоровъ. Женщина, воротившаяся въ пріютъ пьяною, не допускается до ночлега въ немъ. Противъ этого предписанія трудно возразить, но нельзя согласиться съ французскимъ публицистомъ, который признаетъ справедливомъ безусловное исключеніе такой, женщины навсегда изъ пріюта. Одинъ безобразный поступокъ, одно печальное, и, быть можетъ, совершенно случайное увлеченіе не должно влечь за собою такого безпощаднаго наказанія.