— Асканио! — крикнул Бенвенуто. — Асканио, сынок! Да он потерял сознание, он умирает! О мой родной Асканио! И все из-за этой женщины… — Бенвенуто обернулся с угрожающим видом к герцогине д’Этамп и тут же склонился над Асканио, чтобы поднять его и унести.
Герцогиня же, вне себя от ярости и страха, не могла двинуться с места, не могла говорить. Но, увидев белое, как мрамор, лицо Асканио, его поникшую голову, длинные разметавшиеся волосы, увидев прекрасное бледное чело и грациозную позу юноши, потерявшего сознание, она, не отдавая себе отчета, бросилась к нему, наклонилась, чуть не встав на колени рядом с Бенвенуто, и схватила, как и он, руку Асканио:
— Да ведь юноша при смерти! Вы убьете его, сударь, если вздумаете переносить. Ему надобно тотчас же оказать помощь… Жером, беги за доктором Андре!.. Нельзя его переносить — ему ведь так плохо. Слышите? Вы можете идти, можете оставаться, но его не трогайте!
Бенвенуто пристально посмотрел на герцогиню, затем с тревогой взглянул на Асканио. Он понял, что у герцогине д’Этамп его ученику ничто не угрожает и что, пожалуй, опасно переносить его без предосторожностей. И он тотчас же принял решение, ибо быстрота и решительность были достоинствами, а может быть, недостатками Челлини.
— Вы за него в ответе, сударыня! — проговорил он.
— О да, я готова поручиться своей жизнью! — воскликнула герцогиня.
Бенвенуто нежно поцеловал своего ученика в лоб, закутался в плащ и, держась за рукоятку кинжала, гордо вышел, обменявшись с герцогиней взглядом, исполненным ненависти и презрения. А на прево и виконта он даже не соблаговолил посмотреть.
Взглядом, горящим от ярости, проводила Анна Бенвенуто, пока он не скрылся из виду; затем выражение ее глаз изменилось, и она встревоженно и печально взглянула на милого ее сердцу больного: любовь сменила гнев, тигрица превратилась в газель.
— Доктор Андре, — бросилась она к лекарю, прибежавшему со всех ног, — осмотрите его! Спасите! Он ранен, он умирает…
— Пустяки, — сказал доктор, — временный упадок сил. — И он влил в рот Асканио несколько капель целебного настоя, который всегда носил с собой.