— Да не воображаете ли вы, что я лгу?
— Думаю, что ты заблуждаешься.
— Так, значит, по-вашему, в меня уж и влюбиться нельзя?
— Я этого не говорил.
— Значит, подумали?
Бенвенуто усмехнулся, ибо увидел, как можно заставить Катрин развязать язычок.
— Однако он любит меня, и это сущая правда, — продолжала Скоццоне.
Бенвенуто снова с сомнением пожал плечами.
— Да еще как любит! Не по-вашему — вам никогда так не полюбить, зарубите себе это на носу, сударь!
Бенвенуто расхохотался: