-- Увы, -- сказала, зарыдав, Роза, -- как же я вам открою? Разве у меня ключи? Если бы они были у меня, разве вы уже не были бы на свободе?
-- Они у вашего отца, они у вашего гнусного отца, который уже загубил мою первую луковичку тюльпана. О негодяй, негодяй! Он соумышленник Якоба!
-- Тише, тише, умоляю вас, -- тише!
-- О, если вы мне не откроете! -- закричал Корнелиус в порыве бешенства. -- Я сломаю решетку и перебью в тюрьме все, что мне попадется!
-- Мой друг, сжальтесь надо мной!
-- Я вам говорю, Роза, что не оставлю камня на камне!
И несчастный обеими руками, сила которых удесятерилась благодаря его возбуждению, стал с шумом бить в дверь, не обращая внимания на громкие раскаты своего голоса, который звонко разносился по винтовой лестнице.
Перепуганная Роза напрасно старалась успокоить эту неистовую бурю.
-- Я вам говорю, что я убью этого мерзавца Грифуса, -- рычал ван Берле, -- я вам говорю, что я пролью его кровь, как он пролил кровь моего черного тюльпана.
Несчастный начал терять рассудок.