И, когда он увидел искаженное лицо, сверкающие глаза, брызжущий пеной рот старого тюремщика, он добавил:
-- Черт побери, да мы как будто больше чем с ума сошли, мы просто взбесились!
Грифус замахнулся палкой.
Но ван Берле оставался невозмутимым.
-- Ах, вот как, Грифус, -- сказал он, скрестив на груди руки, -- вы, кажется, мне угрожаете?
-- Да, я угрожаю тебе! -- кричал тюремщик.
-- А чем?
-- Ты посмотри раньше, что у меня в руках.
-- Мне кажется, -- сказал спокойно Корнелиус, -- что это у вас палка, и даже большая палка. Но я не думаю, чтобы вы мне стали этим угрожать.
-- А, ты этого не думаешь! А почему?