-- Конечно, произойдет нечто ужасное, -- ответил первый.
-- О, смотрите, монсеньор, они вытащили из кареты великого пенсионария, они его избивают, они его терзают!
-- Да, правда, у этих людей прямо какое-то яростное ожесточение, -- заметил молодой человек тем же бесстрастным тоном, который он сохранял до самого конца.
-- А вот они вытаскивают из кареты и Корнеля! Корнеля, уже истерзанного и изувеченного пыткой! О, посмотрите, посмотрите!
-- Да, действительно, это Корнель.
Офицер слегка вскрикнул и тотчас отвернулся.
Корнель еще не успел сойти наземь, он еще стоял на подножке кареты, когда ему нанесли удар железным ломом и размозжили голову. Однако же он поднялся, но тут же снова рухнул на землю.
Затем стоявшие впереди схватили его за ноги и поволокли в гущу толпы. Виден был кровавый след, который оставляло за собой его тело. Толпа с радостным гиканьем окружила Корнеля.
Молодой человек побледнел еще сильнее, хотя казалось, что большей бледности быть не может, и на мгновение закрыл глаза.
Офицер заметил это выражение жалости, впервые проскользнувшее на лице его сурового спутника, и хотел воспользоваться им.