Однако у него хватило сил скрыть свою радость, и он недовольно нахмурился.
— К черту вашего Гримо! — воскликнул он. — Он испортит мне весь праздник.
— Я прикажу ему стоять за вашим стулом, ваше высочество, а так как он обычно не говорит ни слова, то вы его не будете ни видеть, ни слышать. И при желании можете воображать, что он находится за сто миль от вас.
— А знаете, мой милый, что я заключаю из всего этого? — сказал герцог. — Вы мне не доверяете.
— Ведь послезавтра троицын день, ваше высочество.
— Так что ж из того? Какое мне дело до троицы? Или вы боитесь, что святой дух сойдет на землю в виде огненных языков, чтобы отворить мне двери тюрьмы?
— Конечно, нет, ваша светлость. Но я ведь говорил вам, что предсказал этот проклятый звездочет.
— А что такое?
— Что вы убежите из крепости прежде, чем пройдет троицын день.
— Так ты веришь колдунам? Глупец!