— Государь, — сказал Ла Порт, чтобы переменить разговор, — кому прикажете передать подсвечник?
— Кому хочешь, Ла Порт, лишь бы не Манчини, — ответил ребенок громко.
Манчини был маленький племянник кардинала, определенный им к королю; последний и на него перенес часть своей ненависти к министру.
Король вышел, не поцеловав матери и не простившись с кардиналом.
— Вот это хорошо! — сказал Мазарини. — Приятно видеть, что в короле воспитывают отвращение к притворству.
— Что это значит? — почти робко спросила королева.
— Мне кажется, что уход короля не требует пояснений; вообще его величество не дает себе труда скрывать, как мало он меня любит. Впрочем, это не мешает мне быть преданным ему, как и вашему величеству.
— Прошу вас извинить его, кардинал: он еще ребенок и не понимает, сколь многим вам обязан.
Кардинал улыбнулся.
— Но, — продолжала королева, — вы, без сомнения, пришли по какому-нибудь важному делу? Что случилось?