— О, я с вами совершенно согласен, и это нетрудно было бы сделать, если бы только у нас нашелся десяток таких офицеров, как вы — без предрассудков, решительных и неподкупных. О, мы быстро расправились бы с Мазарини и так же притянули бы его к ответу, как вы вашего короля!
— А я думал, — сказал офицер, — что вы состоите на службе у Мазарини и что это он послал вас к генералу Кромвелю.
— Вернее сказать, я состою на службе у короля, но, узнав, что кардинал собирается послать кого-нибудь в Англию, я добился того, что послали именно меня, так как я горел желанием повидать гениального человека, который держит сейчас в руках судьбы трех королевств. И потому, когда он предложил мне и моему другу дю Валлону взяться за оружие в защиту старой Англии, — вы знаете, как мы отнеслись к этому предложению.
— Да, я знаю, что вы сражались рядом с Мордаунтом.
— Я беззаветно предан ему. Это прекрасный, храбрый молодой человек. Вы видели, как он ловко свалил своего дядю?
— Вы его лично знаете? — спросил офицер.
— Очень хорошо; могу даже сказать, что мы с ним очень близки. Дю Валлон и я прибыли вместе с ним из Франции.
— Я слышал, будто вы что-то уж слишком долго заставили его ждать вас в Булони.
— Что поделаешь? — сказал д’Артаньян. — Я был, как и вы, в конвое короля.
— Aга! — сказал Грослоу. — Какого короля?