Оставшись наединѣ съ Габріэлемъ, Алоиза сказала ему:
-- Подумали ли вы, сударь, о томъ, на что рѣшились? Все ли вы еще остаетесь при своемъ намѣреніи?
-- Остаюсь, отвѣчалъ Габріэль.
-- Стало-быть, вы хотите убить себя?
-- Хочу, чтобъ меня убили.
-- И потому только хотите умереть, что нѣтъ у васъ средствъ узнать, сестра ли вамъ г-жа де-Кастро, или нѣтъ?
-- Потому только.
-- А что я вамъ говорила, сударь, чтобъ навести васъ на слѣдъ этой страшной тайны? Помните ли, что я говорила?
-- Конечно! Что только Богъ на небѣ, да два человѣка на землѣ владѣютъ этой тайной. Эти два человѣческія существа были Діана де-Пуатье и графъ Монгомери, мой отецъ. Я просилъ, заклиналъ г-жу де-Валентинуа, грозилъ ей и -- ушелъ отъ нея еще въ большей неизвѣстности, въ большей печали, нежели былъ прежде.
-- Но вы говорили, что еслибъ нужно было сойдти въ могилу вашего отца и добиться отъ него этой тайны, вы бы сошли и въ могилу не блѣднѣя.