"-- Видите, Монморанси! сказалъ дофинъ, дрожа всѣмъ тѣломъ.
"-- Ротъ ему зажать! отвѣчалъ Монморанси, обращаясь къ жандармамъ.-- Я пришлю сказать, что нужно съ нимъ дѣлать; а до-тѣхъ-поръ караульте его. Вы отвѣчаете мнѣ за него собственными головами.
"И онъ вышелъ изъ пріемной, увлекая за собой дофина. Они прошли чрезъ корридоръ, гдѣ Перро скрывался за занавѣсомъ, и вошли въ комнату Діаны.
"Тогда Перро перешелъ на другую сторону стѣны и приложилъ ухо къ другой проклятой двери.
"Сцена, при которой онъ сейчасъ присутствовалъ, была, можетъ-быть, еще не такъ ужасна, какъ слѣдующая.
"-- Монморанси! говорилъ входя дофинъ печально-раздраженнымъ тономъ:-- еслибъ вы не удержали меня почти силой,-- я бы теперь былъ менѣе недоволенъ и собою, и вами.
"-- Позвольте вамъ сказать, отвѣчалъ Монморанси: -- что такъ можетъ говорить каждый молодой человѣкъ, но только не сынъ короля. Ваша жизнь принадлежитъ не вамъ, а вашему народу, государь, и на васъ лежатъ обязанности, которыхъ нѣтъ у другихъ людей.
"-- Отъ-чего же я сердитъ на самого-себя и мнѣ какъ-будто стыдно? сказалъ принцъ.-- А! это вы! продолжалъ Генрихъ, увидѣвъ Діану.
"И уязвленное самолюбіе пересилило ревнивую любовь.
"-- У васъ и чрезъ васъ, прибавилъ онъ:-- я былъ оскорбленъ въ первый разъ.