-- Что намъ надобно? отвѣчалъ тотъ же солдатъ, который приказалъ Мартэну остановиться.-- Намъ надобно допросить и объискать тебя, бродягу... Ты вотъ говоришь, что анжимонскій обыватель, а можетъ, ты и лжешь... можетъ, ты шпіонъ?
-- О-го, сказалъ Мартэнъ, засмѣявшись совершенно-ненатурально:-- вишь ты что выдумали! Шпіонъ!.. Ну, объискивайте же меня! Что же вы? Да и допрашивайте кстати.
-- А вотъ, пріятель, мы отведемъ тебя въ лагерь: тамъ и будетъ тебѣ допросъ.
-- Въ лагерь? продолжалъ Мартэнъ: -- тѣмъ лучше. Я самъ требую, чтобъ вы вели меня въ лагерь. Посмотримъ-ка, что присудитъ начальство. А! вы думаете, что вотъ взяли, да схватили обывателя, такъ вамъ и съ рукъ сойдетъ? Какъ бы не такъ! Я носилъ вашимъ же, къ Сен-Кецтену, всякую провизію; и опять хотѣлъ принести... и принесъ бы самаго лучшаго... Да теперь пусть чортъ меня возьметъ, коли принесу хоть кроху какую!.. Да!.. Пусть вы всѣ тамъ хоть съ голода перемрете! Мнѣ какое дѣло! А! вы еще не знаете меня! Такъ я жь вамъ покажу себя!.. Шпіонъ! Экъ затѣяли! Да начальство разберетъ... Я пожалуюсь вашему командиру... Ведите меня въ лагерь!
-- Вотъ языкъ, такъ языкъ! сказалъ начальникъ отряда.-- Ты толковалъ, пріятель, о командирѣ; командиръ, любезнѣйшій, я; мнѣ и изволь жаловаться. Вѣдь не генераловъ же будить для такихъ негодяевъ, какъ ты.
-- А я къ генераламъ-то и хочу идти; ведите меня къ генераламъ! сказалъ Мартэнъ-Герръ скороговоркою.-- Пусть-ка они узнаютъ, что иные-прочіе безъ всякой надобности задерживаютъ честныхъ прохожихъ, да еще такихъ прохожихъ, которые кормятъ васъ, да!.. Ведите меня! Мнѣ худа не будетъ; меня еще наградятъ за вашу напрасную тревогу, а васъ такъ вотъ повѣсятъ! Увидите!
-- Знаете что, сказалъ вполголоса одинъ изъ солдатъ начальнику разъѣзда: -- онъ, кажется, не обманываетъ...
-- Да, онъ по-видимому говоритъ правду, отвѣчалъ офицеръ: -- и я отпустилъ бы его охотно; но мнѣ кажется, что какъ-будто мнѣ знакомъ его голосъ. Да вотъ все объяснится въ лагерѣ.
И вслѣдъ за тѣмъ, отрядъ двинулся по приказанію своего начальника. Мартэнъ-Герра помѣстили между двумя всадниками, и онъ во всю дорогу не переставалъ браниться и кричать.
Когдй они пришли въ лагерь, тотчасъ принесли огня. Офицеръ, взглянувъ при его свѣтѣ на Мартэна-Герра, отступилъ въ изумленіи на три шага назадъ и вскричалъ: