-- Лордъ Уэнтвортъ, вашъ покорнѣйшій слуга, ожидаетъ вашихъ приказаній, сударыня.
-- Моихъ приказаній! возразила Діана съ горечью:-- о! милордъ! не говорите такъ: я могу подумать, что вы смѣетесь надо мной. Еслибъ внимали моимъ -- не приказаніямъ, а просьбамъ, моленіямъ, я не была бы здѣсь. Вы знаете, кто я, милордъ? Знаете мое происхожденіе?
-- Я знаю, что вы -- Діана де-Кастро, сударыня, любимая дочь короля Генриха II.
-- Въ такомъ случаѣ, зачѣмъ меня сдѣлали плѣнницей? проговорила Діана, у которой голосъ, вмѣсто того, чтобъ возвыситься, ослабѣлъ при этомъ вопросѣ.
-- Именно за тѣмъ, что вы дочь короля, сударыня, отвѣчалъ Уэнтвортъ: -- за тѣмъ, что, по условіямъ капитуляціи адмирала Колиньи, побѣдителямъ предоставлено взять пятьдесятъ плѣнниковъ по собственному ихъ выбору, безъ различія званія, возраста и пола, и что по-этому очень-естественно было имъ выбрать самыхъ знатныхъ, самыхъ опасныхъ и, позвольте вамъ сказать, такихъ, которые бы могли дать за себя самый большой выкупъ.
-- Но какъ узнали, спросила Діана:-- что я скрываюсь въ Сен-Кентенѣ, подъ именемъ и одеждой бенедиктинской монахини? Кромѣ настоятельницы монастыря, еще одинъ человѣкъ во всемъ городѣ зналъ эту тайну.
-- Что жь? этотъ человѣкъ измѣнилъ вамъ, вотъ и все, рѣшилъ лордъ Уэнтвортъ.
-- О, нѣтъ! я увѣрена, что нѣтъ! вскричала Діана съ такой живостью, съ такимъ убѣжденіемъ, что лордъ Уэнтвортъ почувствовалъ, какъ змѣя ревности ужалила его въ самое сердце, почувствовалъ и -- не нашелся, что отвѣчать.-- Это было на другой день послѣ взятія Сен-Кентена, продолжала одушевившись Діана.-- Я сидѣла, встревоженная и испуганная, въ своей кельѣ. Въ пріемной спросили сестру Бени -- это мое послушническое имя, милордъ. Спрашивавшій былъ англійскій солдатъ. Я ужаснулась какого-то несчастія, какой-то страшной новости. Не смотря на то, выхожу, проникнутая нестерпимымъ ожиданіемъ горя и слезъ. Незнакомый мнѣ вѣстникъ объявляетъ, что я плѣнница. Я вознегодовала, противилась, но что могла сдѣлать противъ силы? Тутъ было трое солдатъ, да, милордъ, трое, взять одну женщину! Простите, если это уязвляетъ васъ, но я говорю, что было. Эти люди овладѣли мной, потребовали отъ меня признанія, что я Діана де-Кастро, дочь короля Франціи Сначала я отрекалась, но такъ-какъ, не смотря на мои отговорки, меня хотѣли взять, то я потребовала, чтобъ меня отвели къ адмиралу Колиньи; а адмиралъ не зналъ сестры Бени, и потому я объявила свое настоящее имя. Вы, милордъ, можетъ-быть, думаете, что послѣ этого признанія согласились на мою просьбу провести меня къ адмиралу? Совсѣмъ нѣтъ! они только обрадовались своей добычѣ и скорѣй потащили меня, заставили сѣсть, или, лучше, бросили въ закрытыя носилки, и когда я, задушаемая рыданіями, почти уничтоженная, попыталась распознать, куда меня несутъ, оказалось, что я уже была на дорогѣ въ Кале. Потомъ, лордъ Грей, который, какъ сказали мнѣ, командовалъ отрядомъ, отказался меня выслушать, и ужь солдатъ объяснилъ мнѣ, что я плѣнница его командира, и что, въ ожиданіи моего выкупа, меня везутъ въ Кале. Вотъ какъ очутилась я здѣсь, милордъ, не зная ничего больше.
-- И я не могу вамъ ничего больше сказать, сударыня, сказалъ въ раздумьи лордъ Уэнтвортъ.
-- Ничего больше, милордъ? вскричала Діана.-- Вы не можете сказать, отъ-чего мнѣ не позволили говорить ни съ настоятельницей бенедиктинокъ, ни съ адмираломъ? Вы не можете сказать, чего же наконецъ хотятъ отъ меня, если не позволили мнѣ видѣть тѣхъ, которые могли бы извѣстить о моемъ плѣнѣ короля, могли бы послать въ Парижъ за выкупомъ? Къ-чему это-тайное похищеніе? Почему я даже не видѣла лорда Грея, когда все это, говорятъ, сдѣлано по его приказанію?