Амброазъ Паре ушелъ съ радостью и гордостью въ сердцѣ.
-- Вотъ истинно избранная душа! вскричалъ Теодоръ Безъ.
-- И сколько преданности, дѣйствующей безъ всякихъ разсчетовъ, сказалъ Колиньи.
-- Увы! замѣтилъ Габріэль:-- возлѣ такого самоотверженія, г-нъ адмиралъ, какъ ничтоженъ покажется вамъ мой эгоизмъ! Я не жертвую, подобно Амброазу Паре, дѣйствіями и людьми для идеи и принциповъ, а, напротивъ того, приношу принципы и идеи въ жертву лицамъ и дѣйствіямъ. Для меня, вы знаете, реформа не цѣль, но средство. Въ вашей борьбѣ я буду дѣйствовать собственно для себя. Побужденія мои -- слишкомъ личныя, такъ что я неосмѣлился бы, защищать такое дѣло, и вы хорошо поступите, изгнавъ меня изъ своихъ рядовъ, какъ недостойнаго.
-- Вѣроятно, вы клевещете на себя, г. д'Эксме, сказалъ Теодоръ Безъ.-- Если бы даже у васъ были виды не столь высокіе, какъ у Амброаза Паре... но пути къ Богу различны, и не всѣ находятъ истину на одной и той же дорогѣ.
-- Да, сказалъ Ла-Реноди:-- мы рѣдко встрѣчаемъ вѣроисповѣданіе такое, какъ вы сейчасъ слышали, когда, обращаясь къ будущимъ членамъ своего общества, мы спрашиваемъ: "Чего требуете вы себѣ?".
-- И на вашъ вопросъ, Амброазъ Паре отвѣчалъ: "Я хочу знать, дѣйствительно ли на вашей сторонѣ справедливость?" По знаете ли, что бы я спросилъ у васъ? замѣтилъ скромно Габріэль.
-- Нѣтъ, отвѣчалъ Теодоръ Безъ:-- впрочемъ, мы готовы удовлетворить васъ на всѣ вопросы.
-- Я спросилъ бы, сказалъ Габріэль: -- увѣрены ли вы, что у васъ достанетъ матеріальныхъ силъ, если не побѣдить, то, по-крайней-мѣрѣ, бороться?
Три реформатора опять съ удивленіемъ взглянули другъ на друга; только это удивленіе не походило на прежнее.