-- Позволите ли мнѣ, милордъ, пойдти къ Пьеру Пекуа и лично передать ему эти деньги?
-- Безъ сомнѣнія, сказалъ ему губернаторъ.-- Вотъ паспортъ, съ которымъ тебя свободно выпустятъ изъ Кале. Я очень желалъ бы позволить тебѣ пробыть здѣсь нѣсколько дней; можетъ-быть, ты нуждаешься въ отдыхѣ послѣ дороги; но, къ-сожалѣнію, мнѣ запрещено держать здѣсь иностранцевъ, и въ особенности Французовъ. Тебѣ покажутъ домъ Пьера Пекуа. Прощай, любезный другъ; счастливый путь!
-- Прощайте, милордъ.
Вышедъ изъ дома губернатора, посланный еще разъ десять сбивался съ дороги, и, наконецъ, пришелъ въ Улицу-Мартруа, гдѣ, если угодно вспомнить читателямъ, жилъ оружейникъ Пьеръ Пекуа.
Посланный Габріэля нашелъ, что Пьеръ Пекуа былъ еще печальнѣе въ своей мастерской, нежели лордъ Уэнтвортъ въ своемъ кабинетѣ. Оружейникъ, принявъ вошедшаго за покупателя, встрѣтилъ его съ замѣтнымъ равнодушіемъ. Но когда тотъ объявилъ, что онъ пришелъ отъ виконта д'Эксме, лицо честнаго горожанина вдругъ просвѣтлѣло.
-- Вы пришли отъ виконта д'Эксме? вскричалъ онъ.
И потомъ, обратившись къ одному изъ своихъ учениковъ, который, раскладывая товаръ, могъ подслушать разговоръ, оружейникъ сказалъ ему:
-- Кентень, выйдь отсюда и увѣдомь Жана, что пріѣхалъ посланный отъ виконта д'Эксме.
Ученикъ повиновался приказанію.
-- Теперь говорите, любезный другъ, сказалъ съ живостію Пьеръ Пекуа.-- О, мы очень-хорошо знали, что виконтъ не забудетъ насъ! Говорите скорѣе. Ну, что принесли вы намъ отъ виконта?