-- Мартэна-Герра?.. Какъ не знать Мартэна-Герра!.. Да, сударь, я знаю конюшаго Мартэна-Герра.
-- Онъ все еще служитъ г-ну д'Эксме?
-- Какъ не служить; служитъ.
-- Зналъ ли онъ, что вы отправляетесь въ Кале?
-- Разумѣется, зналъ, отвѣчалъ посланный:-- я засталъ его передъ своимъ отъѣздомъ въ отели г-на д'Эксме, и они вдвоемъ проводили меня до самыхъ воротъ. Мартэнъ-Герръ видѣлъ, какъ я отправился въ дорогу.
-- Онъ не просилъ васъ ничего передать ни мнѣ, ни другимъ лицамъ, живущимъ въ этомъ домѣ?
-- Рѣшительно ничего, повторяю вамъ еще разъ.
-- Постой, Пьеръ, не выходи изъ терпѣнія, сказалъ Жанъ.-- Любезный другъ, можетъ-быть, Мартэнъ-Герръ просилъ васъ исполнить его порученіе тайно; въ такомъ случаѣ, теперь всѣ предосторожности напрасны, потому-что мы знаемъ истину. Печаль той, передъ которою такъ виноватъ Мартэнъ-Герръ, открыла намъ все, и вы можете говорить въ нашемъ присутствіи. Впрочемъ, для избѣжанія всякихъ недоразуменіи, мы готовы уйдти, и особа, про которую вамъ говорилъ Мартэнъ-Герръ, сейчасъ прійдетъ сюда: вы можете говорить съ нею наединѣ, не опасаясь, что васъ услышатъ.
-- Клянусь вамъ, отвѣчалъ посланный:-- я рѣшительно не понимаю, про что вы говорите.
-- Довольно, Жанъ, довольно! вскричалъ Пьеръ Пекуа, глаза котораго зажглись молніей негодованія.-- Клянусь могилою своего отца, я, право, не понимаю, Жанъ, что тебѣ за удовольствіе повторять исторію нашего безславія?