-- Сейчасъ пойдетъ ночной патруль, состоящій изъ четырехъ человѣкъ. Ихъ надобно схватить и связать, отвѣчалъ горожанинъ.
-- Но, прибавилъ онъ: -- выжидать ихъ некогда: вотъ они.
Пьеръ Пекуа еще не успѣлъ произнести послѣднія слова, какъ городской патруль дѣйствительно показался на лѣстницѣ, ведущей изъ внутренней части башни на платформу. Малѣйшій крикъ дозорныхъ испортилъ бы все предпріятіе. Къ-счастію, Шарфенштейны, дядя и племянникъ, люди отъ природы очень-любопытные, уже прохаживались около лѣстницы. Патрульные не успѣли даже вскрикнуть, какъ широкая ладонь зажала ротъ каждому изъ нихъ и смѣло опрокинула ихъ на спину.
Пилльтруссъ и еще двое прибѣжали на помощь къ Шарфенштейнамъ, и безъ всякаго труда завязали ротъ и обезоружили четверыхъ стражей, приведенныхъ въ изумленіе отъ такой неожиданности.
-- Начало недурно! сказалъ Пьеръ Пекуа.-- Теперь надобно обезпечить себя отъ другихъ часовыхъ и потомъ смѣло отправиться къ гауптвахтамъ. Ихъ двѣ, но бояться нечего: вы не встрѣтите легіоновъ. Притомъ же, половина городской милиціи, приготовленная Жаномъ и мною, предана французамъ и прійметъ ихъ сторону. Я пойду предупредить ихъ о вашемъ успѣхѣ, а вы между-тѣмъ расправитесь съ этими часовыми. Когда я возвращусь сюда, мои слова уже произведутъ три четверти дѣйствія.
-- Я очень благодарилъ бы васъ, Пекуа, сказалъ Габріэль: -- еслибъ не смерть Мартэна-Герра... Впрочемъ, это преступленіе было для васъ дѣломъ справедливости.
-- Еще разъ, г. д'Эксме, предоставьте судить объ этомъ грѣхѣ Богу и моей совѣсти, сурово отвѣчалъ строгій горожанинъ.-- Теперь прощайте. Дѣйствуйте съ своей стороны такъ же, какъ я буду дѣйствовать.
Слова Пьера Пекуа сбылись почти совершенно. Часовые большею частію были на сторонѣ Франціи; только одинъ изъ нихъ думалъ-было сопротивляться, но его связали и такимъ образомъ лишили всякой возможности вредить. Когда оружейникъ, сопровождаемый Жаномъ Пекуа и нѣкоторыми изъ своихъ надежныхъ друзей, воротился на платформу, вся верхняя часть крѣпости Рисбанкъ уже находилась во власти виконта д'Эксме.
Оставалось только овладѣть гауптвахтою, и Габріэль, надѣясь на вспомогательный отрядъ, приведенный Пьеромъ Пекуа, отправился туда, не теряя ни минуты.
Удивленіе и замѣшательство часовыхъ, застигнутыхъ врасплохъ, содѣйствовали успѣху. Большая часть изъ тѣхъ, которые, по рожденію или для какихъ-либо интересовъ, держались Англіи, беззаботно спали въ такую раннюю пору на походныхъ койкахъ, и прежде, нежели успѣли образумиться, уже были захвачены.