И печальное раздумье Алоизы кончилось молитвой. Такова природа человѣческая: когда бремя жизни становится для нея слишкомъ-тяжело, она ищетъ успокоенія въ лонѣ Бога.
Около одиннадцати часовъ -- улицы были тогда совершенно пусты -- глухой стукъ раздался у главнаго входа.
Алоиза вздрогнула и поблѣднѣла, по, собравъ всю свою бодрость, пошла съ факеломъ въ рукѣ отворить ворота четыремъ человѣкамъ, обремененнымъ печальною ношею.
-- Идите за мною, но какъ-можно-тише, сказала она носильщикамъ:-- я покажу вамъ дорогу.
Алоиза, держа въ рукѣ свѣчу, привела ихъ въ могильный склепъ.
Работники опустили гробъ въ открытую могилу, и опять положили на мѣсто черную мраморную крышку; потомъ бѣдные люди, которыхъ нужда сдѣлала почтительными къ умершему, сняли колпаки, стали на колѣни и прочли краткую молитву за душу умершаго незнакомца.
Когда они встали, кормилица тихо отвела ихъ, и на порогѣ двери всунула одному изъ нихъ въ руку деньги, обѣщанныя Габріэлемъ. Носильщики удалились какъ нѣмыя тѣни, не сказавъ ни слова.
Алоиза возвратилась къ гробницѣ и провела остатокъ ночи на колѣняхъ, въ слезахъ и молитвѣ.
На слѣдующее утро, Андре нашелъ Алоизу блѣдною, но спокойною.
-- Дитя мое, сказала ему добрая женщина:-- мы все еще должны надѣяться, но не должны больше ждать г-на виконта д'Эксме. Позаботьтесь же исполнить порученія, которыя онъ возложилъ на васъ въ случаѣ, если бы онъ не скоро вернулся домой.