-- Тсс! Развѣ вы не видите, что дѣйствіе кончилось? сказала она съ дѣтски-насмѣшливой улыбкой.-- Подождите, по-крайней-мѣрѣ, когда начнется другое.

Антрактъ продолжался десять минутъ, десять вѣковъ! Къ-счастію, Катерина, занятая Маріей Стюартъ, не позвала Габріэля. Онъ былъ способенъ не пойдти -- и пропалъ бы.

Комедія снова началась среди всеобщаго смѣха и шумныхъ рукоплесканій.

-- Ну? спросилъ Габріэль.

-- Что такое? отвѣчала Діана, притворяясь разсѣянной.-- А! вы спрашивали меня, кажется, люблю ли я васъ. Я сейчасъ сказала вамъ, что люблю васъ точно такъ же, какъ вы меня любите.

-- Ахъ! вскричалъ Габріэль:-- знаете ли вы, Діана, что вы говорите? Знаете ли, какъ велика моя любовь, съ которой вы сравниваете свою такъ неосторожно?

-- Ну, сказала притворщица:-- если вы хотите, чтобъ я это знала, то надо, по-крайней-мѣрѣ, сказать мнѣ.

-- Слушайте же, Діана, и вы увидите, что въ-продолженіе шести лѣтъ, съ-тѣхъ-поръ, какъ мы разстались, каждое мое дѣйствіе стремилось къ тому, чтобъ приблизиться къ вамъ. Только пріѣхавъ въ Парижъ, чрезъ мѣсяцъ послѣ вашего отъѣзда въ Вимутье, узналъ я, что вы были здѣсь: дочь короля и мадамъ де-Валентинуа. Но не званіе дочери Франціи, а супруги герцога де-Кастро испугало меня, и, однакожъ, что-то говорило мнѣ: "Что нужды! старайся приблизиться къ ней, прославься, и тогда, услышавъ твое имя, она будетъ любить тебя столько же, сколько другіе будутъ бояться." Вотъ что я думалъ, Діана, и предался герцогу Гизу, чрезъ котораго думалъ скорѣе и вѣрнѣе достичь цѣли. Дѣйствительно, на слѣдующій годъ я былъ съ нимъ во время осады въ стѣнахъ Меца и содѣйствовалъ всѣми силами почти-безнадежному снятію осады. Въ Мецѣ, гдѣ меня оставили для возобновленія укрѣпленій и уничтоженія всѣхъ несчастій, причиненныхъ двухмѣсячной осадой, узналъ я о взятіи Эстэна и о смерти герцога де-Кастро, вашего мужа. Ему даже не удалось видѣть васъ послѣ брака... О! я жалѣлъ его, но какъ я дрался у Рант и! спросите г. Гиза. Я былъ также у Аббвиля, Динапа, Баве, у Шато-Камбрези, -- былъ вездѣ, гдѣ была битва, и могу сказать, что въ это царствованіе не сдѣлалось ничего славнаго, въ чемъ бы не было и моей маленькой доли. Во время восельскаго перемирія, пріѣзжаю въ Парижъ, но вы были еще въ монастырѣ, Діана, и мое невольное спокойствіе наскучило мнѣ, когда, къ-счастію, перемиріе кончилось. Герцогъ Гизъ, желая что-нибудь для меня сдѣлать, предложилъ мнѣ идти съ нимъ въ Италію. Конечно, я согласился! Перешедъ зимою чрезъ Альпы, мы прошли Миланъ, взяли Валенцію; Плезантэнъ и Пармезанъ отворили намъ ворота, и, пройдя тріумфальнымъ маршемъ чрезъ Тоскану и Церковную-Область, мы пришли въ Абруццо. Междутѣмъ, у Гиза не достаетъ ни денегъ, ни войска; не смотря на то, онъ беретъ Кампли и осаждаетъ Чивителлу; но войско испорчено, походъ неудаченъ. Въ Чивителлѣ, Діана, чрезъ письмо кардинала лотарингскаго къ его брату, узналъ я о томъ, что вы выходите за Франциска Монморанси. Нечего было мнѣ ждать по ту сторону Альпъ. Гизъ самъ согласился съ этимъ, и я получилъ позволеніе возвратиться во Францію, снабженный его сильной рекомендаціей, съ порученіемъ представить королю отнятыя знамена. Но единственная цѣль моя была видѣть васъ, Діана, говорить съ вами, узнать отъ васъ добровольно ли вы вступаете въ это новое супружество, и наконецъ, разсказавъ вамъ, какъ я это сейчасъ сдѣлалъ, свою борьбу, свои шестилѣтнія стремленія, спросить у васъ то, о чемъ я васъ спрашивалъ: "Діана, скажите, любите ли вы меня, какъ я васъ люблю?"

-- Я также буду отвѣчать вамъ разсказомъ, другъ мой, тихо отвѣчала Діана.-- Когда я двѣнадцати-лѣтнимъ ребенкомъ пріѣхала ко двору,-- послѣ первыхъ минутъ удивленія и любопытства, мною овладѣла скука. Позолоченныя цѣпи этой жизни тяготили меня, и я горько сожалѣла, Габріэль, о нашихъ лѣсахъ и долинахъ Вимутье и Монгомери. Каждый вечеръ засыпала я въ слезахъ. Впрочемъ, король былъ очень-добръ ко мнѣ, и я старалась отвѣчать ему собственною привязанностью. Но гдѣ была моя свобода? гдѣ была Алоиза? гдѣ были вы, Габріэль? Короля видѣла я не каждый день. Мадамъ Валентинуа была со мною холодна и принужденна; казалось, почти убѣгала меня, а я -- мнѣ нужна любовь, Габріэль, вы помните... Итакъ, я страдала, другъ мой, весь этотъ первый годъ.

-- Бѣдная, милая Діана! съ чувствомъ сказалъ Габріэль.