-- Въ такомъ случаѣ мнѣ нечего сказать болѣе, проговорилъ коннетабль.
Ему даже не дозволили удовлетворить глубокую злобу противъ графа де-Монгомери, стать обвинителемъ виновнаго и мстителемъ своего государя.
Задушаемый стыдомъ и гнѣвомъ, онъ въ отчаяніи вышелъ.
Въ тотъ же вечеръ онъ уѣхалъ въ свое помѣстье Шантильи.
Въ тотъ же день, госпожа де-Валентинуа также покинула Лувръ, гдѣ она царствовала болѣе, чѣмъ королева, и удалилась въ Шомонъ-сюр-Луаръ, глухое и отдаленное мѣсто изгнанія, изъ котораго она уже не выходила до самой смерти.
И такъ, относительно къ Діанѣ де-Пуатье, месть Габріэля совершилась.
Правда, что экс-фаворитка, съ своей стороны, приготовляла ужасную месть тому, кто такимъ-образомъ низвергъ ее съ высоты величія.
Съ коннетаблемъ Габріэль еще не покончилъ и долженъ еще сойдтись съ нимъ въ то время, когда онъ опять будетъ въ силѣ.
Но не будемъ предупреждать происшествій и возвратимся поскорѣе въ Лувръ, гдѣ Франциску II только-что доложили о прибытіи парламентскихъ депутатовъ.