-- Для начала, я ввѣрю вамъ охраненіе главныхъ воротъ замка.
-- И я обѣщаю отвѣчать за нихъ.
-- Вѣроятно, продолжалъ герцогъ: -- господа реформаторы не совсѣмъ безразсудны, и не начнутъ аттаки съ фланга, гдѣ имъ должно будетъ взять сряду семь воротъ; но какъ выходить изъ замка и входить въ него можно, будетъ только въ эти ворота, то, естественно, они будутъ однимъ изъ самыхъ главныхъ постовъ. По этому, не пускайте никого ни въ замокъ, ни изъ замка иначе, какъ по приказанію, подписанному моею рукою.
-- Будетъ исполнено, герцогъ. Впрочемъ, молодой дворянинъ, называющій себя графомъ Монгомери, явился сію-минуту безъ вашего приказанія, но съ охраннымъ листомъ, подписаннымъ вашею рукою. Монгомери говоритъ, будто онъ прибылъ изъ Парижа. Должно ли мнѣ допустить его къ вамъ, герцогъ, потому-что онъ желаетъ съ вами видѣться?
-- Да, да, немедленно, съ живостью сказалъ герцогъ Гизъ.-- Но постойте, я передалъ вамъ еще не всѣ инструкціи: сегодня, около полудня, долженъ прибыть къ воротамъ, которыя вы будете охранять, принцъ Конде. Мы призвали его, чтобъ имѣть подъ рукою подозрѣваемаго главу мятежниковъ, и я увѣренъ, что принцъ не захочетъ оправдать нашихъ подозрѣній, не явившись по нашему призыву. Итакъ, капитанъ Ришлье, вы отворите ворота принцу Конде, но только ему одному: не впускайте ни одного изъ его спутниковъ. Разставьте своихъ солдатъ по всѣмъ нишамъ и казематамъ, находящимся вдоль арки, и какъ только онъ въѣдетъ, солдаты должны будутъ слѣдовать за нимъ конвоемъ, съ заряженными аркебузами, подъ предлогомъ, будто отдаютъ ему военныя почести.
-- Будетъ исполнено, сказалъ Ришлье.
-- Кромѣ того, продолжалъ Гизъ:-- когда реформаторы начнутъ аттаку и завяжется дѣло, наблюдайте лично, капитанъ, за нашимъ плѣнникомъ, и -- понимаете -- если онъ только тронется съ мѣста, если онъ только подастъ видъ, что хочетъ соединиться съ осаждающими, или если только онъ, забывъ свой долгъ, обнаружитъ нерѣшимость вынуть противъ нихъ шпагу... въ такомъ случаѣ, капитанъ, не задумываясь, поразите его своею рукою.
-- Это было бы очень не трудно, отвѣчалъ простодушно капитанъ Ришлье: -- еслибъ только простой чинъ капитана стрѣлковъ не препятствовалъ мнѣ находиться на такомъ разстояніи отъ принца, какое нужно для того, чтобъ исполнить ваше приказаніе.
Гизъ задумался на минуту и сказалъ:
-- Господинъ великій пріоръ и герцогъ омальскій, которые не будутъ отступать ни на шагъ отъ предполагаемаго измѣнника, дадутъ вамъ знакъ и вы должны имъ повиноваться.