-- И это единственная и настоящая причина вашихъ разговоровъ? спросилъ Кастельно.
-- Единственная, отвѣчалъ Габріэль глухимъ голосомъ.
-- Нѣтъ, благодарю васъ за намѣреніе, г. де-Монгомери, замѣтилъ Кастельно съ нѣкоторою холодностью:-- но я долженъ дѣйствовать въ духѣ, сообразномъ съ предложеніемъ начальниковъ реформы. Я очень-хорошо понимаю, что вамъ, дворянину, прискорбно видѣть, какъ другіе будутъ сражаться безъ васъ, но за всѣмъ тѣмъ, вы не можете одни удержать и ослабить цѣлую армію.
-- И такъ, сказалъ Габріэль блѣдный и печальный: -- вы не хотите остановить другихъ отъ страшнаго намѣренія и хотите подать имъ примѣръ собою?
-- Да, графъ, отвѣчалъ Кастельно съ твердостью, не допускавшею возраженій: -- и, если позволите, иду немедленно приказать имъ готовиться къ завтрашней аттакѣ.
Кастельно поклонился Габріэлю и вышелъ, не дожидаясь отвѣта.
III.
Начало окончанія.
Однакожь, Габріэль не оставлялъ замка Пуазе и рѣшился провести въ немъ ночь, потому-что его присутствіе могло послужить для гугенотовъ залогомъ надежды въ случаѣ аттаки, и притомъ, онъ еще думалъ убѣдить, въ слѣдующее утро, другаго предводителя, ослѣпленнаго менѣе, нежели Кастельно. Что, еслибъ могъ пріѣхать Ла-Реноди!
Кастельно съ какимъ-то пренебреженіемъ не обращалъ больше вниманія на Габріэля.