-- Да, въ сраженіи, отвѣчалъ отважно Конде:-- но на эшафотѣ и хладнокровно...
-- Принцъ крови, стало-быть, питаетъ большое сожалѣніе къ возмутителямъ? спросилъ Шарль-Лотарингскій.
-- Мнѣ жаль, возразилъ Конде: -- храбрыхъ офицеровъ, которые всегда достойно служили королю французскому.
Но что могъ сказать или сдѣлать болѣе Конде, какъ человѣкъ лично подозрѣваемый? Герцогъ немурскій понялъ это и адресовался къ королевѣ-матери.
-- Смотрите, государыня, остается только одинъ, сказалъ онъ, не называя Кастельно: -- нельзя ли, по-крайней-мѣрѣ, хоть его спасти?
-- Я не могу ничего сдѣлать, отвѣчала Катерина, отвращая голову.
Между-тѣмъ, несчастный Кастельно вскочилъ на эшафотъ и пѣлъ:
Да будетъ ко мнѣ милостивъ Господь,
Благословляющій меня по Своей благости.
Да прольетъ Онъ на меня свѣтъ