Путешественникъ вошелъ въ свою комнату, затворилъ за собою дверь и сталъ на колѣна, молиться Богу...
Труда легла на свою постель.
Кунцъ закрылъ лицо руками.
Черезъ минуту путешественникъ всталъ, отстегнулъ свой поясъ положилъ его подъ голову, а платье повѣсилъ на гвоздь. Гвоздь былъ худо вколоченъ; онъ вырвался изъ стѣны и упалъ на полъ вмѣстѣ съ платьемъ, которое на немъ висѣло.
Путешественникъ пытался снова утвердить гвоздь въ стѣнѣ, вколачивая его кулакомъ. Трясеніе, причиненное тѣмъ, сронило какую-то вещь, висѣвшую съ другой стороны перегородки. Кунцъ затрепеталъ, страшно повелъ глазами, ища предмета, паденіе коего извлекло его изъ задумчивости. То былъ ножъ, двукратно проклятый, ножъ, который лишилъ жизни отца рукою сына и сестру рукою брата. Онъ упалъ возлѣ двери комнаты, занимаемой путешественникомъ.
Кунцъ всталъ, чтобы поднять его. Наклонясь, онъ погрузилъ свой взглядъ, чрезъ замочную щель, въ комнату своего гостя. Путешественникъ спалъ, опершись головою на своемъ поясѣ. Кунцъ стоялъ неподвижно, уставивъ глаза въ отверстіе замка и держа руку на ножѣ. Лампа погасла въ комнатѣ незнакомца.
Кунцъ оборотился къ Трудѣ, чтобы посмотрѣть, спитъ ли она.
Труда лежала, опершись на локоть съ неподвижными взорами.
-- Встань и посвѣти мнѣ: вѣдь ты не спишь, сказалъ Кунцъ.
Труда взяла лампу; Кунцъ отворилъ дверь; оба супруга вошли.