Он стрелой помчался по предместью Сент-Оноре к улице Матиньон, а с улицы Матиньон на Елисейские поля.
Тем временем Вильфор подъехал в наемном кабриолете к дому д'Авриньи; он так резко позвонил, что швейцар открыл ему с перепуганным лицом. Вильфор бросился на лестницу, не в силах вымолвить ни слова. Швейцар знал его и только крикнул ему вслед:
-- Доктор в кабинете, господин королевский прокурор!
Вильфор уже вошел, или, вернее, ворвался к доктору.
-- Ах, это вы! -- сказал д'Авриньи.
-- Да, доктор, -- отвечал Вильфор, закрывая за собой дверь, -- и на этот раз я вас спрашиваю, один ли вы здесь? Доктор, мой дом проклят богом.
-- Что случилось? -- спросил тот внешне холодно, но с глубоким внутренним волнением. -- У вас опять кто-нибудь заболел?
-- Да, доктор, -- воскликнул Вильфор, хватаясь за голову, -- да!
Взгляд д'Авриньи говорил:
"Я это предсказывал".